17 мая.
Вершинин, Руденко и я были на совещании у Смирнова. От промышленности были Тюлин и Цыбин. Разбирали секретное письмо в ЦК КПСС корреспондента "Советской России" по Оренбургской области Горбатова. Содержание письма: "На месте гибели Комарова местные жители находят мелкие детали корабля, ходят слухи, что часть останков Комарова зарыта на месте его гибели. К "могиле" Комарова приходят и приезжают тысячи людей". Горбатов предлагает поставить обелиск на месте приземления корабля "Союз-1". На письме есть резолюция секретаря ЦК: "Л. В. Смирнову. Разобраться, наказать виновных". ЦК и Смирнов восприняли это письмо как доказательство плохой работы службы поиска и вознамерились искать козла отпущения среди руководства ВВС.
В начале совещания произошел характерный эпизод. Когда Смирнов, занимая место председателя, увидел, что ближайшие к нему места не заняты, он, обращаясь к Вершинину, спросил: "Константин Андреевич, чего вы так далеко сели?" Вершинин полушутя ответил: "Подальше от греха". "Ну, тут такой грех, что мы вас везде найдем", - отпарировал Смирнов. Но искать не пришлось: с первых же выступлений (Цыбин, я, Толубко) стало ясно, что в письме все чрезмерно преувеличено и искажено и что ответственность за недостатки в поиске обломков и деталей корабля ложится не на ВВС, а на Мишина как председателя аварийной комиссии (автор имеет в виду ведомственную аварийную комиссию, образованную непосредственно в день катастрофы "Союза-1" - Ред.). По моему приказу 24 апреля из обломков корабля был извлечен только труп Комарова - все детали корабля остались там, где они были зафиксированы в момент аварии. Место аварии было сдано под охрану, и допуск специалистов к нему начался только утром 25 апреля с разрешения Цыбина. Цыбин фактически возглавлял все работы аварийной комиссии, а представитель ВВС инженер-подполковник Лапочкин - был подчинен Цыбину и обеспечивал работу комиссии рабочей силой, связью, вертолетами и т. д. Когда Смирнов понял, что к ВВС придраться невозможно, он начал отходить от попыток искать виновных и весь вопрос свел к тому, стоит ли ставить обелиск на месте гибели Комарова.
Тюлин, Толубко, Пашков и я твердо высказались за установление обелиска. Нас поддержали все участники совещания. Решили просить в ЦК КПСС разрешения поставить обелиск. На всякий случай решили послать на место аварии Цыбина, Лапочкина и специалистов с целью еще раз осмотреть район приземления "Союза-1" и собрать все возможные мельчайшие детали корабля.
Через два часа после окончания совещания я узнал, что по настоянию Устинова в район приземления "Союза-1" направляется маршал Руденко. Это решение Устинова особенно убедительно говорит о предвзятости и неприязни к ВВС со стороны руководства нашей космической программы.
Свободное копирование
