23 апреля. Суббота. Заседание Историко-филологического факультета совместное с Обществом любителей российской словесности в час дня. Богословская аудитория была полна народа. У ворот Университета стояла порядочная толпа студентов и курсисток, не имевших билетов, но желавших проникнуть. В таком же положении стоял и доцент Академии В. П. Виноградов, которому я вручил оказавшийся у меня лишним билет. В профессорской я нашел уже Грушку, Южина, Правдина и несколько наших профессоров, число коих, впрочем, не было велико. Блистала своим отсутствием вся всеобщая история и русская литература. Минут 20 второго мы вышли на эстраду. Грушка сказал прекрасно составленное вступительное слово, главные мысли которого были слова Гамлета: "слава великого человека переживет ли его на полгода?". И вот слава Шекспира живет 4-ое столетие; а затем позволительно ли теперь под гром выстрелов заниматься подобными торжествами? Но надо беречь жизнь духа; наконец -- несколько слов в честь Англии, нашей союзницы, с цитатой из Шекспира: "Коль Англия быть Англией сумеет, никто на свете нас не одолеет". Эта цитата вызвала гром аплодисментов в зале. Так что Грушка имел большой успех. Довольно длинно, водянисто, слащаво, с упоминаниями хороших старых слов "правда", "добро", "красота", но с еще большим количеством разных "собственно", "так сказать" говорил тихим голосом А. Н. Веселовский, очень постаревший. В меру и ясно читал М. Н. Розанов, тоже закончивший трубными победными звуками. Лишней была бесцветная сухая речь Юрия Веселовского. Брандт внес обычную струю комизма своими словами о сонетах Шекспира и прочел несколько, очень, впрочем, хорошо переведенных им сонетов. Говорил о трудности перевода с английского, где большое обилие кратких слов. Это, однако, затруднение не столь большое, как кажется. Например, dog короче, чем "собака", но если принять еще во внимание член the dog, да падежный предлог of the dog, то и это уже будет не короче, а в русском языке есть и еще более краткое слово "пес", "пса". Этим кончилось первое отделение. В антракте, выйдя в проректорскую, где был сервирован чай, я увидел М. Н. Ермолову, у которой поцеловал руку. Знаю я ее с 12-летнего возраста, стало быть, вот уже 37 лет. Но затем она удалилась в большую профессорскую и там сидела в одиночестве, видимо, готовясь к выступлению. Когда она появилась на эстраде с началом второго отделения, ей была устроена бурная, продолжительная овация. Она прочитала стихотворение Майкова "К Шекспиру" и монолог Волумнии из "Кориолана" с удивительной силой, выразительностью и естественностью. Южин прочел рассказ Отелло перед Сенатом и монолог из "Макбета", Правдин 2 сцены из "Много шуму из ничего" -- Борахио с Конрадом. Все это вызывало большой восторг публики. В общем, заседание очень удалось. Мы: М. К. Любавский, Грушка, Розанов, Брандт, Соболевский, Лопатин, К. Н. Успенский и дамы: У. М. Грушка, Успенская и Лиза посидели еще некоторое время за чаем в проректорской. В 6 ч. вечера были дома. Погода и сегодня чудесная; совсем летняя жара. Вечером я сделал прогулку; встретил Сторожева, шедшего из несостоявшегося за неприбытием членов заседания в Чупровском обществе в память М. М. Ковалевского: собралось всего 6 человек; затем Кизеветтера, который почему-то счел нужным обругать заседание в Университете, где он не был, и двух братцев Соболевских.
Свободное копирование
