26 июля воскресенье.
Проснулся в 6-ом часу. Встал, умылся, поел своего хлеба. Хлеба нам еще не выдавали. Будут давать по 600 гр. Скуповато! В 8 ч. пошли на работу.
Нас поставили не помощниками, а комбайнерами. Комбайнеры не обращают на нас никакого внимания. Мы с Шуркой даже играли во время работы в шашки. Работа не работа, а одна скука. Решили с Шуркой проситься домой: Шурка потому что, ничего не знает, а я потому что, очень не нравится общежитие да и немного побаиваюсь: вдруг что случится в поле с комбайном, не сумеешь починить, а отвечать самому придется. В 12 ч. пошли обедать. Обед был картофельный суп, на второе молоко. После обеда тоже ничего почти не делали. Тоска по Ростову очень большая. Работу кончили часов в 7-8. Пришли в общежитие. Просто и охоты нет туда входить; грязь, тряпье на топчанах, комбайнеры, лежащие на кроватях в масляной одежде, задрав кверху ноги и куря нещадно табак, – все это отталкивает. Вечером в клубе было собрание посвященное празднованию Дня Военно-Морского флота.
Собрание открыл начальник политотдела словами: «Есть соображение открыть собрание». Сразу же, с первых слов чувствуется деревня. Докладчик был тоже на такой же высоте. Народу пришло много. Мы с Шуркой сели на скамью, приди мы немного попозже тоже бы пришлось стоять. Шум, плач маленьких детей, разговоры – все это сливается в один общий гул, из-за которого временами слышно голос докладчика. После доклада была художественная часть. Одноактная пьеса мне не понравилась. Пьеса рассчитана на малокультурного зрителя, допотопщина страшная. Дальше такую чепуху мы не стали смотреть, ушли домой спать. Спать лег на полу, т.к. все кровати заняты. Вновь вспомнил родной дом.
Свободное копирование
