13/26 декабря. Второй день электрическое освещение в квартирах дается со станций только на время от 6 ч. вечера до 10 ч. вечера, и благодаря этому жизнь все больше постылеет. Из дома идешь на службу — чуть светает, домой придешь со службы — темно и на лестнице, и в квартире. Дождешься через часик света — обедаешь, чай пьешь, пилишь дрова, и впору бы почитать часик на сон грядущий, а тут часы бьют 10 и электричество гаснет. Значит, ложись в постель, а книгу или газету почитаешь, Бог даст, летом, когда будет светло до 11–12 ч. без электричества.
В Будапеште на днях казнили 74 коммуниста.
В Москве, вследствие громадных снегопадов, дорога стала для быстрого движения тяжела, и потому грузовое автодвижение на время, распоряжением Совдепа, совсем прекращено. Трамваи опять совсем не ходят… ибо линии занесены снегом.
Вчера продали с братом наши дачные строения, порядком уже расхищенные, продали на слом за 100 «косых», как на Сухаревке называют почему-то тысячные билеты. Я нес в кармане свою половину и нисколько она меня не радовала. Даже чувствовал величайшее презрение к такой сумме, а давно ли я мечтал: вот бы, мол, выиграть хоть не 200, не 75, а только 40 тысяч, и чего бы я не сделал! Выходило столько-то на доброе, столько-то на улучшение жизни, обстановки, столько-то на библиотеку, на подарки, на пиры (и, грешным помыслом, на кутежи), да еще оставалось изрядно на расплату с долгами и на черный день. В банке бы клиентом сделался. А теперь что же эти 50 «косых»? Тьфу! 15 ф. чаю или 5 пар валенок — не более. Во всяком случае, недельку-другую мы попитаемся получше, т. е. купим фунта три масла коровьего, фунтов десять мяса, пудик белой мучки, мешок картошки, керосина бидончик в 10 ф., подкупим дровец березовых полсаженки, я лично запасусь фунтиком махорки, пачкой спичек, а если ко всему этому реестру прибавлю бутылочку спирта — ну и прощай весь этот капитал, — остатка не будет, и пожалуйте с самого начала 1920 г. (по ст. стил.) опять на тот же полуголодный паек, на котором находимся уже столько месяцев.
Клемансо в Палате прочел свою декларацию, подготовленную им в согласии с Ллойд Джорджем, с которым он недавно имел свидание в Лондоне. Касательно России декларация гласит: «Мы не только не заключим мира с Советским правительством, но и не вступим с ним ни в какую сделку… Мы пришли к соглашению о необходимости окружить Советскую Россию, если можно так выразиться, колючей проволокой…» И Палата, приняв это к сведению, выразила правительству Клемансо доверие большинством 458 голосов против 71.
Оставлен Усть-Хоперск, но заняты с большими военными добычами Томск, Фастов, Васильков, Изюм, Казатин, Лозовая и Кременчуг. Следовательно, Советские войска вступили уже в Донецкий район, а в Сибири открыли себе очередной путь к Красноярску.
Свободное копирование
