8/21 августа. В Финском заливе английская (вероятно) флотилия прорвалась в Кронштадтскую гавань. Огнем сторожевых судов потоплено 3 судна. Одновременно значительное число самолетов произвело налет на Кронштадт.
Красные выбиты из Херсона, Николаева, Черкасс, Лубн, станции Казатин, Коренево, Ворожбы, но ими заняты города Короча, Новый Оскол и Бирюч.
Троцкий оповещает статьей «Смелость отчаяния», что деникинская конница прорвалась через Новохоперск в Тамбовскую губернию, и добавляет, что «прорыв смелый, но военной цели эта авантюра генерала Мамонтова не может иметь», и говорит, что скоро «лихие налетчики» будут окружены и оторваны от своей базы.
В Царицыне организацией коммунистической партии взорваны артиллерийские склады.
Колчаковцы перед уходом из Перми сожгли в Левшине почти всю Камскую флотилию и взорвали Пермский мост.
Японское правительство будто бы заявило Колчаку, что оно не может согласиться на его просьбу об отправке нескольких дивизий против большевиков.
В Москве ограблен Народный банк на 2.700.000 р., экспроприаторы разбежались невредимыми.
«Придворный» поэт Демьян Бедный печатает в «Известиях» сегодня свою очередную песню под заглавием «Зажигайте, друзья, боевые огни». В ней намекается на отчаянное положение Петрограда:
«Петроградские все впечатленья
От поездки моей таковы:
Коммунистов побольше и без промедленья
В Петроград мы отправить должны из Москвы.
Кое-что, я боюсь, мы уже проглядели,
Присмотрелся ко многому я в две недели,
В две недели изрядно успев ощутить,
Что не время шутить.
Уж на что я шутник, но и мне не до шуток:
Жутко в Питере. Воздух в нем кажется жуток.
Напряженность глухая на каждом шагу:
Всем нутром своим чувствуешь близость к врагу»…
и т. д.
По дороге со службы домой наблюдаю, как домовитые люди подбирают падающие с грузовых автомобилей дрова и несут их к своим очагам. Любопытная картина: на голове шляпа, под мышками по полену дров, на спине какой-нибудь мешок с мукой или картошкой, в одной руке портфель, в другой тросточка.
Да чего теперь не насмотришься!
Сплошь да рядом какая-нибудь дама, как видится, недавняя купчиха или жена статского советника, еще не успевшая вдребезги износить свои «варшавские» или «венские» башмачки и шелковые чулочки, впряглась в тележку и прет себе домой продовольственной или топливной поклажи пудов 10. Давно ли в Москве столько было разговоров, что завелся легковой извозчик-женщина (единственная на всю Москву), а вот теперь здесь есть десятки тысяч женщин, исполняющих обязанности самих ломовых лошадей!
Свободное копирование
