25 января.
Вчера вечером М. А. отправился для всяких дел в Большой. Там шло «Лебединое озеро» с Улановой.
Совещание у Самосуда (Мордвинов, Седой и М. А.) все о той же опере.
Потом — собрание по поводу Ленинского дня.
Домой приехал с Вильямсами. За ужином Петя уверял, что публика изнывала от любопытства — кто такой? — глядя на М. А., сидевшего одиноко в бывшей царской ложе. Его посадила туда Серафима Яковлевна, так как театр был переполнен и ложа Б тоже набита до отказа.
Говорят, что Шумяцкий арестован — вместе с женой.
Комментарий.
При редактировании Е. С. опустила следующую запись: «Да, сегодня вечером входит М. А. и говорит — «вот, прочитай», дает «Вечерку». В ней статья, называемая «Мой творческий ответ» Шостаковича (конечно, о 5-ой симфонии). Ох, как мне не понравилась эта статья! Уж одни эти слова — «Очень верны слова Алексея Толстого…» — они одни чего стоят!! Ну, словом, не понравилась статья. И писать даже не хочу. Я считаю Шостаковича гениальным. Но писать такую статью!..»
В той же записи от 25 января: «29-го — пятую симфонию Шостаковича играют в консерватории. Мы собираемся идти. М. А. сказал, что симфония его не интересует, а интересует зал. А меня и то и другое». И запись от 30 января: «Боже, что было в Консерватории вчера! У вешалок хвосты, бесчисленное количество знакомых. Программа составлена совершенно удивительно — скучная симфония Гайдна, затем еще более скучное и унылое произведение «Аделаида» Бетховена. Пела Держинская с оркестром. И затем уже последнее — Шостакович. Мое впечатление — потрясающе! Гениальная вещь! Публика аплодировала долго, стоя, вызывали автора. Тот бледный, взволнованный…»
В статье в «Вечерке», подписанной Шостаковичем, говорилось: «<…> Очень верны были слова Алексея Толстого о том, что тема моей симфонии — становление личности. Именно человека со всеми его переживаниями я видел в центре замысла этого произведения <…> Если мне действительно удалось воплотить в музыкальных образах все то, что было продумано и прочувствовано мной после критических статей в «Правде», если требовательный массовый слушатель ощутит в моей музыке поворот в сторону большей доходчивости и простоты, — я буду удовлетворен».