16 сентября.
Все вроде бы стихает — полоса тишины; хорошо бы, но как заноза: ехать во Владимир, потом — на вечер памяти Трифонова в Литмузей и, наконец, вместо Польши — в Чехословакию. А по мне: никуда бы! Волна писем и отголосков сошла, самое время — не суетиться, не обольщаться, не надеяться, а сидеть за столом, — вот и пытаюсь, а душа неспокойна, и я говорю себе: какое смутное было лето, и смуту эту так просто не забудешь.
Империя: националисты и империалисты сходятся в одном пункте, славя державность и государственность.
“Служить державе!” — гордо сказал Виктор Лапшин[1], по просьбе Корнилова формулируя смысл и цель своей поэзии.
Я высмеял, а зараза осталась.
Обязанные революции всем, революцию же и поносят.
Свободное копирование
