3 апреля
Брамбеус! - перечел я его диатрибу "Брамбеус и юная словесность". Какие у него понятия о словесности: "Стихотворения, т. е. поэмы в стихах, и поэмы в прозе, т. е. романы, повести, рассказы, всякого рода сатирические и описательные творения, назначенные к мимолетному услаждению образованного человека, - вот область словесности и настоящие ее границы". С чем имею честь поздравить господина Брамбеуса! Я бы лучше согласился быть сапожником, чем трудиться в этих границах и для этой цели. Светский разговор у него прототип слога изящного; а публика состоит из жалких существ, которые ни рыба, ни мясо, ни мужчины, ни женщины. "Увы! - восклицает он далее в конце своего разглагольствования. - Кто из нас не знает, что в числе наших нравственных истин есть много оптических обманов!". После этого "Увы!" и подобных понятий о словесности, слоге и публике - считаю позволенным несколько сомневаться в искренности тяжких нападок, которыми обременяет Брамбеус новых французских романистов и драматургов. Искренно сказать, - мне кажется, что он просто на них клеплет или не понимает их.
Свободное копирование
