20-го. Граф Дуглас приезжал прощаться с его высочеством, потому что на другой день намерен был отправиться в свои поместья, которые получил в подарок от императора взамен принадлежащих ему прежде в Лифляндии и отданных опять графу Стенбоку. Эти поместья, как говорят, находятся по дороге в Дерпт и верстах в 700 отсюда. Они принадлежали прежде несчастному Шафирову. В 5 часов его высочество поехал со мною к генеральше Балк. В числе многих просителей (ищущих, по случаю коронации, какой-нибудь милости) находился и несчастный (молодой) Шафиров, мать которого за несколько дней перед тем припадала к стопам императора и просила о помиловании для своего мужа, но была дурно принята его величеством. Государь, говорят, вообще не очень-то расположен к ней. Муж ее все еще содержится в Новгороде и, как я слышал, просит об одной лишь милости — о позволении ему жить в деревнях у своих зятьев. Тут же была и вдова несчастного Лопухина, которая просит о том, чтобы голову ее мужа, взоткнутую в Петербурге на шест, позволено было снять. В этот день утром его высочество посылал обер-камергера к императрице с хлебом-солью (обычай, существующий здесь между знакомыми, когда кто-нибудь из них переезжает на новую квартиру). Государыня приняла графа Бонде очень милостиво и сама поднесла ему чарку водки.
Свободное копирование
