17-го. Около 12 часов явились оба молодых офицера и обедали у его высочества, к которому имели письма. Тотчас после обеда приехал еще один молодой шведский офицер по фамилии Зегбарт (которого мы уже видели в Москве и который теперь также прибыл из Швеции на яхте его высочества) с письмами от тайного советника Бассевича. Мы нарядились в свои матросские костюмы, и его высочество отправился с нами покататься немного на своей яхте, с которой при заздравных тостах приказал палить из нескольких пушек. Когда император услышал эти выстрелы, он прислал сперва Ягужинского, а потом приехал и сам на наш корабль; был в отличном расположении духа и оставался у его высочества с лишком два часа. Плате немедленно озаботился о холодном кушанье, при употреблении которого много пили и стреляли. Так как наша тридцатилетняя яхта внутри была очень красиво обита, то император немало любовался ею и в особенности дивился ее старости, потому что в России корабли редко так хорошо сохраняются и доживают до этих лет. Его величество советовал поэтому герцогу еще поисправить ее. При отъезде его мы все 5 раз прокричали ура, на что он отвечал, а потом из 6 пушек сделано было 11 выстрелов. Ягужинский остался, и никто из нас не воротился домой без порядочного опьянения.
Свободное копирование
