11-го, в 7 часов утра, я с Плате, Тихом и валторнистом Руммелем поехал к тому же месту, где находился корабль, спущенный недавно на воду, чтоб взглянуть, как стоят корабли на быках (Kameele), на которых их отсюда перевозят в Кронслот. Мы нашли корабль верстах в десяти от города. Старый капитан, заведывающий перевозными снарядами и обязанный переправить его в Кронслот, родом немец, стоял на палубе и просил нас взойти к нему наверх, потому что очень хорошо видел, что мы приехали посмотреть на перевозную машину. Мы причалили к ней и отправились наверх, при чем должны были усердно карабкаться по балкам, чтоб достигнуть до корабля, но это стоило того, потому что последний стоял среди воды совершенно как шанец. Оба больших быка, между которыми держится корабль, поднимают его над водою и погружаются с такою значительною тяжестью только на 8 футов глубины, тогда как пустой корабль, спускаемый со штапеля, погружается на 14 футов. Поэтому корабли, которые строятся в Адмиралтействе, не могли бы попасть в Кронслот, если б не были изобретены эти быки, тем более что в некоторых местах, где бы им следовало проходить, вода имеет глубины не более 9 или 10 футов. Нельзя без удовольствия видеть такой большой корабль на быках: он стоит на них совершенно как на твердой земле, на штапеле, и прикрепляется к ним множеством балок и подпорок. Такая машина управляется двумя рулями и медленно буксируется посредством галер. За нею следовали 4 небольших судна, или галиота, на которых везли для нового корабля корму, мачты, необходимые снасти, канаты, паруса и все прочие принадлежности. Мы возвратились домой не прежде часа пополудни, однако ж поспели еще к обеду, который в этот день был поздно и к которому его высочество пригласил поручика шведской гвардии фон Рохена. После обеда к герцогу приезжал молодой граф Головкин, прибывший сюда недавно из Берлина. Его высочество еще там познакомился с ним. По-видимому, он очень умный и образованный человек.