25-го мы опять надели свой траур. В этот день у русских начался собственно великий пост, и герцог послал тайному советнику Геспену расписание, сколькими партиями нам отправляться отсюда в Петербург и кому именно тотчас следовать за ним. Его высочество еще поутру получил от Платена (которого посылал в Преображенское узнать, когда императрице угодно будет принять его перед своим отъездом) известие, что император еще не уехал; и действительно, он в этот день после обеда был еще у Тамсена и у Бидлоо. Его королевское высочество, полагая, что государь, может быть, пожалует и к нему, остался дома часа два долее обыкновенного и уехал со двора уже в сумерках, когда его величество отправился назад в Преображенское. В 10 часов вечера он при пушечной пальбе выехал отсюда в Петербург, и императрица, как говорят, последует за ним в будущий четверг.