5 мая, воскресенье. Девятый день. Утренний завтрак в большой гостинице -- это дело серьезное. Здесь на первом этаже огромный зал с прилавком, на котором все, что к немудреному, но сытному завтраку положено: какой-то фруктовый сок, апельсины, йогурт, сыр, было, кажется, еще и какое-то простое мясо, вдоволь, хоть залейся, в автоматах кофе, чая и горячего молока. Отдельно есть еще и прилавок, где за добавочную плату дают какой-то народный эксклюзив: яйца, колбаса, жареные помидоры, красные бобы. Удивляет, как персонал справляется с такой бездной народа, и возникает вопрос: сколько же такая бездна народа съедает, когда все это печется, жарится и кипятится? При этом всем всего хватает и все под рукой -- и ложки, и вилки, и салфетки. Буквально придраться не к чему.
Лондон, конечно, заслуживает восхищения, ходишь ли ты по нему пешком или ездишь на туристическом автобусе. Огромное Колесо обозрения у Темзы, привычный на телевизионном экране Вестминстер, Большой Бен -- на все это, конечно, интересно посмотреть, так сказать, в натуре, тем более что на те же предметы есть другие ракурсы. Вестминстер не со стороны реки выглядит несколько по-другому. Перед ним площадь, несколько памятников, в том числе памятник Черчиллю, любимый современный герой. Скульптуры над входом, выглядящие как создания древних эпох, а оказывается, творения начала двадцатого века. И среди них даже наша императрица, жена Николая II Александра, внучка королевы Виктории. Со стороны площади есть еще и специальные ворота, и подъезд для королевы. Мне все интересно. На следующий день, говорила наш гид, средних лет женщина, кажется, сербка по национальности, открытие сессии парламента и королева поедет в своей карете в парламент. Наши престарелые девы сразу встрепенулись, они не могут уехать из Англии, не увидев живую королеву, и тут же договорились, что пойдут и рано встанут где-то на улице на пути королевского кортежа. Я, конечно, никуда не пойду, моя любовь к Средневековью, включая королевскую карету, так далеко не распространяется
Наша группа входит чуть ли не первой в Вестминстер. Вход справа, если смотреть с площади. Сначала коридор, садик, архитектура запутанная, все это в течение веков пристраивалось одно к другому. Здесь вроде две школы -- обычная, для простых мальчиков и юношества, и для мальчиков-хористов. Здание дортуаров, ведь аббатство еще действующее, так же, как и собор, в который мы сейчас входим по билетам. Вечером, когда начинается служба, сюда может войти любой. Служба, как рассказывают, производит сильное впечатление. Но и днем в определенное время здесь, уже в соборе читается краткая молитва. Все экскурсоводы замолкают, посетителям предлагается минутку постоять на месте
На входе, уже после садика, где прогуливаются, а может быть, и играют в футбол монахи, стоит в красной мантии некий страж, милая молодая женщина -- считает и проверяет билеты.
Сначала общее впечатление, потом детали.
Строение потрясает, конечно, -- одиннадцатый век, еще король Эдуард Исповедник, у которого не было наследника. Невероятная готика, от пламенеющей до более поздней, все собрано, как детский конструктор, но едино по стилю и по торжественности. Резной камень. Но разве за два часа что-то узнаешь, да еще в толпе народа. Народ прибывает, как вода в реке во время наводнения. Я уже понимаю, что русских здесь три группы, не говоря о прочих шведах. Вавилонское столпотворение языков. Если теперь уже частность, то страшновато, слишком много могил, знаменитых покойников. Как только английским королям было не боязно короноваться на этом кладбище? Здесь же коронационный трон в специальном ограждении. На нем короновалась Елизавета II и, если дождется, будет короноваться Чарльз. Почти все короли Англии короновались в этом соборе. В капелле в Виндзоре тоже хоронили -- принцип мне не очень понятен, кого где. В Виндзоре лежат Виктория и обожаемый ею Альберт.
Все так быстро, что не успеваешь внутренне собраться, чтобы задуматься о величии людей, которые лежат под этими плитами и гробницами. Кое-кого, конечно, нет, а лишь памятные камни -- кенотафы. Перечислю только то, что мне близко: Диккенс, Шекспир, Чосер, Кэрролл, Мильтон, Бернс, Шеридан, Спенсер, Теккерей, Байрон -- повторяю, кенотаф. Так же, как и Шекспир. Спасибо советской школе и советской любознательности бывших школьников. Как-то все в стране было направлено на любознательность и культуру. Здесь же, в соборе, могилы Исаака Ньютона и Генделя. Если существует царство мертвых, и если их души оживают по ночам, то какие же разговоры и перебранки раздаются здесь, когда уходит последний служитель? Почти рядышком лежат Елизавета и Мария, вражда закончилась. У Елизаветы надменный сухой профиль. Указик-то о плахе для свой соперницы она подписала -- государственная необходимость! Потом Стефан Цвейг в своей книге описывает, как закончилась эта королевская интрига, обернувшаяся присоединением Шотландии
"На этой же полуправде, полулжи, будто она не желала казни Марии Стюарт, стоит Елизавета, и в собственноручном письме к Иакову VI снова заверяет она, что жестоко огорчена "трагической ошибкой", происшедшей без ее ведома и согласия (without her khowledge and consent). Она призывает Бога в свидетели, что "неповинна в этом деле", что у нее и в мыслях не было предать Марию Стюартказни (she never had thought to put the Queene your mother, to death), хотяеесоветникивсеушиейэтимпрожужжали...
Но Иаков VI отнюдь не жаждет знать правду; ему важно одно: снять с себя подозрение, будто он спустя рукава защищал жизнь матери... Однако лондонский кабинет давно уже изготовил эликсир, с помощью которого сын молчаливо "проглотит" весть о казни матери. Одновременно с письмом Елизаветы, рассчитанным на "подмостки мира", в Эдинбург следует и другое дипломатическое послание, в коем Уолсингем сообщает шотландскому канцлеру, что Иакову VI обеспечено преемство английского престола и что, следовательно, по той темной сделке ему заплачено сполна. Это сладкое питье оказывает на безутешного страдальца поистине волшебное действие. Иаков VI ни словом больше не заикается о денонсировании союзного договора. Его не беспокоит даже, что тело его матери лежит непогребенным где-то в закоулках церкви... Словно по волшебству, уверился он в невиновности Елизаветы и с готовностью клюет на приманку "трагической ошибки". "Тем самым вы очищаете себя от вины в этом злополучном происшествии" (ye purge youre self of one unhappy fact), -- пишет он Елизавете и в качестве смиренного нахлебника желает английской королеве, чтобы ее "душевное благородство стало на веки вечные известно миру"".
Что видели еще, лишь внешний облик собора Святого Павла -- творение гениального математика и архитектора Рена и английских амбиций -- не хуже, дескать, Рима, а если собор и чуть ниже, то мы все-таки на острове! Видели вход в Сити, знаменитый финансовый центр, который дирижирует всем миром; Сити надо бы называть Санкт-Сити. А главное, всласть посидели -- у меня это впервые и незабываемо! -- в большом баре почти напротив Вестминстера. Здесь не надо ждать официантку, сразу к стойке. Барменом ты не окажешься не замеченным, не тушуйся, английский бармен зорок, как сокол, заказывай, сразу плати -- так положено, а официантка без напоминаний, как только будет готово, принесет твои сосиски и роскошное английское пиво.
После бара, как на виселицу, пошли смотреть Тауэр, стены, ворота, башни, воронов и служителей в красных кафтанах, респектабельных джентльменов, стерегущих историю. Самое интересное и для меня новое -- это зверинец, оказывается, примыкавший к замку. Все крепко, надежно, освещено историей, именами узников, томившихся в этих стенах, и массой пролитой здесь же крови. Оказывается, даже Гесс, соратник Гитлера, перелетевший во время войны через Ла-Манш, тоже какое-то время находился за этими стенами. По тем же входным билетам можно было, отстояв очередь, посмотреть сокровища английской короны, но нас с СП. как-то это не привлекло.
Вечером у нас было платное мероприятие: "посещение средневекового банкета БИФИТЕР (пир при дворе короля Генриха VIII) с ужином и шоу, подается неограниченное количество вина и пива". Но мы с СП. этим спектаклем пренебрегли, отправившись на поиск книжных магазинов на центральных улицах. Литература по мультикультурализму, докторская СП., написана уже давно на эту благодатную тему, и надо себя совершенствовать. Поиск диска какой-то популярной группы -- это уже заказ из Москвы. Улицы с волшебными, известными по литературе и фильмам названиями и плотная толпа разноплеменного народа.
Свободное копирование
