20 ноября, воскресенье. Встал около восьми, делал зарядку, параллельно смотрел по телеку передачу про римских гладиаторов. Потом, как начал практиковать, в душе -- холодная и горячая. Пшенная каша с тыквой, кофе, параллельно безумно смешные комментарии по "Эху" относительно новой инициативы нашего президента, он же верховный главнокомандующий, вводить в армию бадминтон. Я как-то видел, как изящно, как два балетных танцора, Медведев и Путин на глазах у телекамеры играли в эту прекрасную игру. Сейчас, после обмолвки президента, военные, подхватив под мышки белые салфетки, предлагают ввести эту игру с воланами и ракетку для армии. Как невероятно изощренно и ведущий и радиослушатели по этому поводу издеваются. Масло в огонь для людей служивших подлило и распоряжение по министерству обороны отменить зарядку на свежем воздухе при температуре минус пять. Предлагаются следующие развлечения, тренирующие разные стороны тела и характера нашего воина: и гольф -- точность, и карточная игра -- сообразительность, и даже парфюмерное конструирование -- обоняние, чтобы вынюхивать врага. Но это все для меня между делом -- через 20 минут еду попрощаться с покойными Вл. Ивановичем Фирсовым, потом на дачу -- в понедельник придут обмерять мои владения, я хочу, чтобы без меня не было возни с документами.
К 11 уже оказался на Пехотной улице. Район почти знакомый, месяц или два назад я приезжал в Медицинский центр МЧС сдавать анализы. Поблизости в ритуальном зале госпиталя ФСБ состоялась гражданская панихида по Владимиру Ивановичу. Потом, когда панихида закончилась, в недавно рядом отстроенной церкви состоялось отпевание. Народа было много, ученики, писатели, родственники. Вел панихиду Владимир Бояринов, первым говорил Тарасов, очень неплохо. Внес даже определенный важный акцент -- перекрестился. Это было уместно. В наше время это не только вера, но и приверженность к определенной идеологии и менталитету, к русской культуре. Говорили ученики, в том числе Максим Замшев. Фирсов незадолго до своей смерти советовал взять на кафедру Максима. Но наследство Фирсова мы уже разделили -- у нас грядет сокращение, и это будет первая сокращенная ставка, студенты разойдутся по семинарам Василевского, Седых, Барановой-Гонченко.
На отпевание, хотя под сердцем и скребло, не остался. К метро возвращался хорошим и ухоженным парком. Морозило, шагалось легко, было много женщин с детьми, светило солнце. Уже у себя на Университете купил килограмм обезжиренного творога и в три часа один уехал на дачу. К сожалению, забыл очки, поэтому не читал, опять, но уже по телевизору, еще раз смотрел "Спящую красавицу", прямая трансляция из театра. Вел трансляцию -- это была передача на весь мир -- опять мой сосед Бэлза. На этот раз в телевизионной версии балет не оказал такого впечатления. Скорее всего, это связано с потерей нашим телевидением культуры показа балетного сюжета. Снимали большинство сцен с нижней точки, лезли танцовщицам под юбки, на сложных движениях, когда надо бы показывать все общими планами, камеры концентрировались на лицах. Массовая культура массовой, усреднённой техники.
Свободное копирование
