23 сентября, пятница. Начну с того, о чем как-то забывал. Уже с полгода, как в прессе очень активно стало появляться имя
М. Швыдкого. Я подумал сначала, что ему просто уже надоела его дипломатическая деятельность, но вдруг все определилось -- М.Е. теперь директор Театра мюзикла. Показали по телевизору и его, и актеров. Нашел Михаил Ефимович себе и место -- все та же Горбушка, ДК им. Горбунова. Для меня определился здесь и адрес старого наезда на МХАТ, когда прорабатывался проект закрыть театр, и мы писали письмо президенту. Тогда я не очень во все это поверил, предполагая вектор других сил. Но мечты, оказывается, не стареют.
Еще накануне твердо решил, что на дачу не поеду. В субботу у Максима Лаврентьева и Сережи Арутюнова состоится поэтический вечер в одной из библиотек на Сущевской улице. Как я могу их бросить!
Днем ездил в Институт, все же пришли экземпляры "Маркиза" и, наконец-то, появился тираж нашей "Кафедральной книги", "Литинститут в семинарах мастеров кафедры творчества". Книга так долго ходила по нашим типографским и другим инстанциям, что многие уже умерли. В принципе, получилась умная и полезная книга. Каждый наш мастер стал автором еще одной научной работы. Я, честно говоря, многое из книги уже позабыл, а сейчас открыл пахнущий краской и клеем том и зачитался. Надо бы найти время и прочесть книгу снова насквозь -- полезно.
Другим поводом моей поездки в Институт была "двойка" у Мокрушина. Я очень боюсь, что его могут выставить. Он был на всех лекциях по античной литературе, не пропустил ни одной. Что-то в его немолодой милицейской голове варится, но все эти мудреные слова, имена и экзотическую географию он не может выговорить.
Вечером заходил вместе с Егором Анашкиным к Юре Авдееву. Мне показалось, что он стал чуть получше, поразговорчивее. Но по-прежнему ленится выходить на улицу, не читает. Круг его занятий -- телевизор. Я понял только одно: заходить к нему надо чаще, это его как-то тормошит. Вспоминая Валю и то, как быстро она восстанавливалась после своих инсультов, я думаю, что это связано было и с тем, что возле нее кто-то все время был, она постоянно подвергалась интеллектуальным атакам. Я, когда она молчала, говорил с нею о кино, заставлял вспоминать английские слова.
Свободное копирование
