1 сентября, четверг. В 9 выехал из дома -- в соседней школе во дворе уже стояла толпа, вовсю гудел громкоговоритель. У нас в Институте подобное намечено на десять. Народа в этом году было меньше, чем обычно, зато ректор на этот раз сказал свою речь громким голосом. Все о том же, конкурс восемь человек на место у очников и это при том, что около 100 вузов -- я об этом писал -- не заполнили бюджетных мест. Я коротко говорил о знаниях и о знаниях, так сказать, сердца, которые наряду с другими должен собирать и копить писатель.
Сегодня в Институте событий много. В час собрание коллектива, во время которого мы выслушали проекты и обещания о возможном продлении гранта -- вот было бы хорошо! Потом состоялся ученый совет, на котором я не был, причину объясню ниже. На совете опять голосовали Надю Годенко. На этот раз она претендовала только на должность старшего преподавателя. Ректор и Саша Камчатнов были "против". Тем не менее, Надежду все же избрали -- 10 "за", против "8". Возвращаясь из мэрии, я встретил Камчатнова, которому я симпатизирую и как ученому, и как коллеге, и стал его успокаивать. Надя неплохой специалист и, кажется, уже почти избавилась от своего недостатка. Уговаривал Камчатнова забрать свое заявление об уходе, которое он сгоряча написал. А тем временем в Институте всем раздавали банковские карточки, на которые теперь будут выписывать зарплату. Банк никому не известный, процент за перечисление он все же берет, снять деньги можно будет далеко не в каждом автомате. Народ открыто ропщет. В воздухе витают слухи о том, что это кому-то из начальства нужно и что кто-то получил за сотрудничество с банком "бонус". Мне это определенно неудобно. Ближайший от меня автомат, где без доплаты можно снять деньги, Ленинский проспект, 37. Для меня будет трудно запомнить еще и коды нескольких банковских карт.
А в мэрию я ходил, потому что сегодня там вручали премии. Все было очень торжественно, приглашенных на церемонию было на этот раз больше, чем обычно. Внизу, на проходной, встретил Леню Колпакова, его пригласила Надя Кондакова. Леня пришел на церемонию с другой, совсем печальной. Он был на панихиде по недавно умершей Ие Саввиной. Панихида проходила в МХТ. Дальше уже впечатления Лени. На этот раз -- уже без всякой игры -- очень печальный, почти трагический Олег Табаков. Поразило, что на выносе в телевизионную камеру говорил Игорь Верник -- медийное лицо, о покойной говорил как о коллеге.
В зале сидело много моих добрых знакомых. С годами я все больше и больше люблю людей, с которыми когда-то соприкасался. Здесь и знаменитый Рукавишников, и А.С. Соколов, и Паша Слободкин, с которым мы перемолвились уже на выходе, и Володя Андреев, и Сережа Яшин. С Пашей обменялись мнениями о сегодняшнем министре культуры. Хуже и равнодушнее министра у нас еще не было. Карьерный дипломат, но, кажется, он весною уходит на пенсию.
Что касается самих лауреатов, то здесь люди в основном пожилые. Список не печатаю, он уже известен. Кама Гинкас был, как всегда, величествен и говорил, что его "Медея" будет показана за границей, Надежда Кондакова попыталась прочесть речь и подарила мэру свой "Пушкинский календарь", который мне подарила лет пять назад. Леня потом мне рассказал несколько занятных подробностей. Очень спокойно, но со значением посетовал, что никогда никого из правительства и важных московских чиновников не видит в залах, где исполняется серьезная или народная музыка. Особое впечатление произвела молодая пара архитекторов, спроектировавших какую-то общеобразовательную школу. Школу немыслимо хвалили. Потом на улице мы встретили ребят возле машины. Я удивился тому, как они получили этот заказ. Они ответили, что получили его, когда школами никто не занимался и заказ стоил какие-то ничтожные деньги. А мы беремся за все! Я порадовался, это моя школа, я тоже берусь за все.
Начальство было практически в полном составе: Собянин, Платонов, Швецова, Худяков. Во время речи Собянина Людмила Ивановна постоянно, как бы одобряя, кивала головой. Мэр, кстати, выступал энергично и по делу. Нашел слова, чтобы поздравить лауреатов.
Дома во время ужина слушал по радио Виктора Шендеровича. Я его не очень люблю, но тут он оказался бесподобен. Но надо вернуться назад. Еще вчера, в преддверье нового учебного года, президент Медведев как бы всерьез предложил нашим олигархам и очень богатым и успешным людям выступить в школах, дать урок предприимчивости. И вот сегодня, когда ведущая начала фантазировать, кто бы мог пойти к детям со своим уроком предприимчивости, и назвала имя Прохорова, Шендерович остроумно ответил, что Прохоров мог бы поделиться своими воспоминаниями только где-нибудь поближе к прокуратуре. Дальше юморист начал говорить о капитале, добытом трудом и другими способами...
В выпуске последних известий, испортивших мне ужин, говорилось о вагоне с бромом, разбившемся в Челябинске, и о том, как молодежь бунтует против реформы образования. Молодые люди выпустили в офис, где сидит наш министр Фурсенко, с полдюжины поросят. Кого они имели в виду -- не знаю, поросят ловила охрана.
Свободное копирование
