28 августа, воскресенье. Завтра приедет утром телевидение -- делают передачу о Володе Орлове, необходимо будет сказать несколько слов. По обыкновению мозги уж включены и работают. Я помню Володю, еще когда мы вместе трудились в "Комсомолке". Был такой угрюмый, очень собранный паренек. Потом встретились уже в Литинституте. Сегодня вечером обязательно посмотрю кое-какие материалы. Написал он довольно много, многое я и прочел. Главный тезис: открыл новое видение, новые приемы и новые типы в литературе. Крупный писатель, несмотря на то, что "крупные" премии давались не ему. Еще надо сказать о его одиночестве в писательской среде и чувстве справедливости.
Весь день сидел за компьютером, никуда не выходил, подготовил отчет для Томска по прочитанным работам. Завтра или послезавтра пошлю.
К моему удивлению, снова на странице "Российской газеты" встретился с Марком Горенштейном. Теперь уже, после вялых нападок оркестра, оправдывается он. Все же это, наверное, рекламная кампания. Огромный, на полполосы, снимок Горенштейна во фраке и с волевым лицом. У него свои взгляды на разразившийся скандал. Основной тезис маэстро: "Дирижер всегда определяет лицо оркестра, что бы ни говорили. Ходят не на оркестр, ходят на дирижера!" Потом дирижер обращается уже не к искусству и общности музыкантов, а к закону, к его юридической начинке, "если министерство культуры подойдет к этой ситуации здраво и объективно, то по закону нет ни одного юридического повода, чтобы меня уволить! Подмахивание письмом оркестрантов -- это не юридический документ". А я-то думал, что в искусстве как-то по-другому. Любопытно, что манера Горенштейна напомнила мне другого мэтра -- Любимова. Приблизительно так же оба относятся к людям, с которыми работают.
Свободное копирование
