14 мая, суббота. Утром довольно много "Эхо" говорило о блоге Навального. Я уже слышал это имя. Позиция у радио двоякая: с одной стороны, как оппозиционный канал, ведущие могут только восхищаться, когда он смело вскрывает шулерство и воровство при госзакупках и уход от налогов крупных нефтяных компаний, с другой -- как же так, Навальный бывший, а может быть, и нынешний националист. Боюсь, что последнее "Эхо Москвы" смущает больше. В голове, что бы они ни говорили, они держат только еврейский вопрос. Но тихий еврейский вопрос современного националиста волнует меньше всего. Русский националист -- это теперь человек, думающий не о приоритете русских перед всеми другими национальностями, а об этом самом национальном равенстве и о том, чтобы кавказцы не убивали, а евреи воровали и мошенничали лишь в той же мере, что и бессовестные русские люди.
Встать пришлось раньше, потому что именно сегодня Юра Христич решил сделать мой портрет в костюме маркиза Кюстина. Юра пришел в десять, наш план был таков: я сажусь за руль, мы едем на смотровую площадку перед МГУ, и там он делает свои фото. Погода, правда, не задалась -- пасмурно. Одевался я, когда Юра уже пришел, и я усадил его в комнате Вали смотреть иллюстрации по старым Москве и Петербургу. Этих роскошных дареных книг у меня уйма.
Тут же, надев просторные штаны, специальные под них колготки, потом шелковую рубашку, галстук, кафтан, я обратил внимание, как же удобен этот костюм. Заставляет держать позу, не стесняет действий. И вот когда я уже совсем нарядился, у меня вдруг возник оригинальный план, касающийся моего соседа Анатолия Жугана. В общем, через пять минут переговоров мы втроем отправились на съемку на его роскошном "Мерседесе". Жуган, как спортсмен и метросексуал, пришел расстроенный. Наши хоккеисты, выиграв позавчера у канадцев четвертьфинал первенства мира, проиграли полуфинал финнам. Радости-то было у наших болельщиков только одни сутки. Это особенно обидно, потому что футбол и хоккей единственное, что не позволяет окончательно, как действенные антагонисты, распасться нашему обществу.
Были сначала на Ленинских, ныне Воробьевых горах, у Киевского вокзала, возле Новодевичьего монастыря, возле главного здания Университета. Что поразило: никого в Москве уже не смутило, что вот среди нормально одетых людей расхаживает старик в роскошном, расшитом позументами кафтане и со шляпой с пером в руках.
Сразу же после съемки я ребят накормил грибным супом, которого целую кастрюлю наварил вчера, затем уехал на дачу. Вечером, как всегда, смотрел сначала новости по НТВ, а потом программу "максимум". Занятная, как говорила Екатерина Великая, "улыбательная" сатира мелкого разоблачения. Сначала бывший префект Митволь разоблачал крупных специалистов по ЖКХ -- то, что они безбожно воруют, знают все. Показали и вчерашних кумиров московского правительства эры Лужкова. Братья, жены, племянники. Потом, как всегда, эстрадные разборки. Выяснилось, что раньше сидел Марк Рудинштейн. Показали Аллу Пугачеву, которая оказалась верна своему прежнему директору, тот тоже сидел. Он давал "заработать" артистам, которые несравненно меньше получали при советской власти. Спусковым моментом к посадке ряда тогдашних "продюсеров" послужил, якобы, донос Вадима Мулермана. Был в мое время такой популярный певец. Время прошло, многое забылось, непримиримыми к прошлой "звезде", ныне живущей в Харькове, оказались только Кобзон и Пугачева. Я подумал, если кому и нужен был ранний уход Мулермана с российской эстрады, так это Кобзону -- двум певцам первой величины с еврейскими фамилиями было не ужиться.
Свободное копирование
