25 декабря, пятница. Спокойно и тихо занимался Дневником и ждал телевизионного выступления Медведева. У него по сравнению с Путиным другой формат, чиновничий. Не непосредственный контакт с народом, а беседа через посредников. Этими посредниками, как и в прошлом году, стали директора трех основных федеральных каналов, чиновники. Сидели все за круглым столом, было немножко дико видеть известных телевизионных деятелей напудренными и припомаженными. Речь Медведева была чрезвычайно спокойна, взвешенна, округла. Видимо, он был хорошим преподавателем и хорошо знает право. Только при помощи закона и традиционного суда в нашей стране, по мысли президента, можно что-то исправить. Мне кажется, что в нашей стране суд и традиционное право -- это инструмент богатых, у которых есть средства и время, чтобы долго и всласть судиться. Руководители каналов аккуратно подыгрывали президенту и не выходили за рамки прямых и некорректных вопросов. Только один раз Кулистиков спросил о Ходорковском, но вопрос был сформулирован таким образом, что, дескать, вот как Ходорковский многие поступали, а сидит из олигархов только он один. Мне показалось, что ответ Медведева, по сути, не отличался от ответа Путина. Медведев сказал, что, мол, с точки зрения суда вина Ходорковского доказана, но если кто-нибудь принесет или представит доказательства аналогичной вины другого олигарха, то и этот "новенький" будет сидеть. Все остальное было по логике власти и раскрыто с ее точки зрения. Дети, замечательное МЧС, достижения договора о стратегических вооружениях с Обамой.
Днем ездил на трамвае в баню. По дороге долго читал английский роман и газеты. В "РГ" на первой полосе заметка "Кому праздник, кому убытки. Во что обойдутся казне рождественские каникулы". Вот цифры: убытки по стране в 840 миллиардов рублей, бюджету это обойдется соответственно в 144 миллиарда. Я бы эти цифры пропустил, как не имеющие ко мне отношения и как заоблачные. Но рядом напечатана другая циферка, потрясающая своей ничтожностью, хотя и напечатана она лишь для сравнения. "Все расходы на культуру, заложенные в федеральном бюджете на 2011 год, составляют 72 миллиарда рублей".
Вторая заметка в сегодняшнем же номере -- это вполне справедливое заявление Евгения Евтушенко, который в интервью Павлу Басинскому требует свободу для поэта Владимира Некляева, баллотировавшегося на пост президента на недавних выборах в Белоруссии. Но это -- выборы и оппоненты "батьки" Лукашенко, коего ни российские СМИ, ни российские власти не любят за советские порядки в его стране. Ни бандитизма, ни плохой еды, ни разных других наших "демократических красот", -- за что любить? Лукашенко выиграл у чуть ли не десяти кандидатов со счетом 79 с копейками процентов. Естественно, все недовольны, хотя известно, что даже "вбросить" можно не больше 10 процентов голосов. В связи с этим демократы и либералы устроили еще до окончания подсчета демонстрацию и пытались совершенно "законно" штурмовать здание парламента, выбив двери и пр. Интеллигенцию, возглавляемую кандидатами в президенты, встретил ОМОН и побил. Владимира Некляева арестовали и тоже побили. Но Некляев, оказывается, еще и поэт, и на этом основании поэт Евтушенко требует для него свободу.
Начал писать я все это также и потому, что в цитате из предисловия к сборнику Некляева, которое написал Евтушенко, есть такие слова: "Недавно у одного поэта я вычитал повеселившую меня фантазию: прижизненно опароходывать своих современников. В его снах наяву величаво проплывают в виде океанских лайнеров, парусников и даже крейсеров все его соратники по литературной тусовке, превращенные в мощную флотилию..." Не лукавит ли Е. Евтушенко насчет поэта или одни и те же образы приходят на ум разным людям? Вот как у меня заканчивается роман "Твербуль":
"Я лечу и повторяю имена мастеров, преподавателей и просто служащих здесь людей. Забыть ничего и никого невозможно. Я врубаю их в свою память на всю жизнь, и они несутся за мной, как воздушные змеи на ниточке на бульваре за маленькой девочкой, одетой в розовое платье. В какое время вы живете и жили? С кого начать? С тети Тони, разливающей бесплатный суп в столовой? С библиотекарши Нины Лакаровой, готовой всегда не только отыскать нужную книгу, но и прийти на студенческую защиту? Или с заведующего общежитием Сергея Ивановича Лыгарева? Всегда улыбается, но ведь и поселит, найдет койку, защитит, если надо, позвонит по междугородному твоей маме! А с кого развернуть полк знаменитых институтских мастеров, ведущих семинары? Мы в первую очередь -- их ученики. Но маленькая девочка в своем воображении уже превратилась в Гулливера, на якорных цепях тянущего боевые корабли. Что там мы тащим за собой в будущее, какие мысли, какие и чьи книги возьмем мы в нашу расстилающуюся жизнь? Ну, что? В списке кораблей есть фрегат "Владимир Орлов", в трюме которого не только "Альтист Данилов", "Аптекарь" и "Бубновый валет", но, наверное, главное и незабываемое -- некий особый тайный взгляд на действительность, потом растиражированный и присвоенный многочисленными тайными подражателями. Я почему пишу "тайный"? Потому что это особенность литературного процесса -- спереть по возможности незаметно и постараться сделать все, чтобы подлинный автор стал фигурой умолчания. А за фрегатом -- еще пара мощных судов -- крейсер "Алек-сандр Рекемчук" со своими тяжелыми орудиями дальнего боя и отличной локационной и оборонительной техникой. Кто из проходивших на этом борту службу молодых и уже не молодых офицеров только не смотрит с палуб! Вон машет кепкой Роман Сенчин, совсем недавний выпускник Рекемчука. А уже тоже почти классик. Привет, Рома, счастливого плавания! Тут же и миноносец "Руслан Киреев", где хороший ход, отличные машины и высокая точность каждого выстрела. Его, мастера, даже не последний выпускник, а просто пятикурсник Антон Тихолоз за повесть "Без отца" в "Новом мире" получил уже не одну премию. Но мои видения на этом не заканчиваются.
За якорную цепь новый Гулливер тянет еще и десантный корабль "Владимир Костров". Здесь полные трюмы готовых к высадке на любой территории и у любых берегов морских пехотинцев. Здесь же и подводная лодка "Евгений Рейн", и быстроходная яхта "Олеся Николаева". Но в этом особенность флота: иногда и с вполне мирной яхты полыхнет такое!.. А подводная лодка наведет такого шухера!
В непобедимой армаде, конечно, много кораблей, но есть и суда только что с верфей, к названиям которых мы еще не привыкли. Ну кому что-нибудь скажет ялик "Сережа Арутюнов", хотя любовно тесала, конструировала и складывала его покойная Татьяна Бек? Поэтесса и бывшая баскетболистка. Судьба уже наградила это новое в поэзии имя званием лауреата премии Бориса Пастернака. Не слишком ли много премий и не слишком ли вольно премии маркируют поэтов? А швертбот "Алексей Тиматков", контуры которого обведены с такой точностью и таким изяществом, что и писать ученикам-семинаристам молодого мастера приходится на этом уровне?
"Я список кораблей прочла до половины", а уже появились два, может быть, самых знаменитых корабля действующего флота. И хорошо действующего. Это авианосец "Профессор Вишневская" и ракетный крейсер "Михаил Лобанов". Какие биографии! Сколь-ко видели два этих, "прошлого века", человека! По творчеству одного в свое время принимал решение ЦК КПСС, а другая держит в своих руках всю драматическую литературу. Если бы повесть моя уже не была закончена, с какой бы радостью соединил я ее с коллегой Островским. Помним, помним мы эту, не очень молодую, дамочку со старинными брошками величиной с блюдца. Так грациозно она обычно дремала во время читки пьес студентами на своем семинаре, что казалось, тигрица уже обломала все зубы. Только у настоящих, а не у поддельных светских тигриц есть дар: просыпаться в нужный момент и в нужном месте и протягивать свою мощную лапу... "А что ты там, миленькая, наворковала про своего Кузмина во второй картине?"".
Ну, а теперь можно и вернуться исключительно в наши дни и продолжить интервью с Сергеем Дебрером.
"-- Как вы оцениваете состояние национальной политики в России?
-- Да нет ее -- национальной политики. Национальная политика, на мой взгляд, должна опираться на национальную экономику. Но о какой экономике может идти речь, если, к примеру, в том же телеобщении с народом Путин, обещая возродить малую авиацию, объявляет о снижении таможенных пошлин на самолеты этого класса. Но почему их нужно завозить из-за рубежа? А потому, оказывается, что наша промышленность их больше не выпускает, поскольку разрушена та промышленность. Но зачем ее разгромили? И кто этим занимался? Этими вопросами Путин не задается.
В основе событий на Манежной тоже лежит экономика. Вот лишь один штрих: чтобы получать сверхприбыли, наши работодатели завезли в Москву огромное количество гастарбайтеров, которым платили треть положенной зарплаты. Но москвичи-то на такую зарплату работать не идут! Отсюда огромное количество обездоленной молодежи с московских окраин. Она-то и подтянулась на Манежную. И еще: наша власть не умеет наказывать. Я не уверен, что парень-кавказец посмеет вести себя в Берлине так, как он ведет себя в Москве. Эти ребята рассматривают Москву как какие-то джунгли, где можно повеселиться и поохотиться. Вот недавно был случай: молодой чеченец заехал на своем джипе к Вечному огню. Не посмотреть -- ему развернуться нужно было. Как выяснилось, он платный студент-первокурсник МГИМО, очень плохо учившийся. Но у него дорогая машина, у него деньги, и он убежден, что деньги решают все.
-- А разве деньги в сегодняшней России все не решают? О масштабах коррупции, поразившей страну, говорил на днях и президент Медведев. Правда, первый раз он объявил ей войну еще в июле 2008 года, когда утвердил Национальный план противодействия коррупции. А со времен Ельцина, с апреля 1992 года, на эту тему было издано свыше 30 указов и постановлений высших органов государственной власти и управления. Но воз и ныне там.
-- Такое обилие указов вполне объяснимо: тема-то для российской власти больная. И Медведев, и его окружение прекрасно понимают, рухнет страна -- рухнет и их личное благополучие. Естественно, что власть хочет продержаться как можно дольше. Но чтобы победить коррупцию, нужна политическая воля. Сейчас у нас часто вспоминают Шарля де Голля: за одну ночь он сменил во Франции всех судей.
-- Было на кого менять.
-- Да, у них было. Наверное, я не патриот сегодняшней России. Меня, например, радует, что Европа занялась делом Магнитского (как радует и то, что кое-кого из наших деятелей не впускают в Израиль и Штаты). Недавняя инициатива европейских парламентариев -- закрыть въезд в Шенгенскую зону шестидесяти российским чиновникам, причастным, по их мнению, к смерти Магнитского, и арестовать их банковские счета -- это очень эффективная мера. Похожее предлагал в свое время известный деятель ельцинского движения, журналист Олег Попцов: у коррупционеров и их родственников делать полную конфискацию, запрещать любую работу на госслужбе и в бизнесе и делать их невыездными -- чтобы не могли воспользоваться наворованными деньгами на зарубежных счетах. Но на это нужна политическая воля, которой нет. Зато Совет Федерации один за другим сотрясают скандалы. Как это занятно: сенатор, за которым криминальный шлейф... Вот сегодня Путин, отвечая на вопрос, почему не избирают губернаторов, говорит: "А чтобы не допустить во власть криминал". Но это же смешно! Почему криминал доходит до таких вершин? Почему его по дороге не срубают?
-- Грустное у нас получается предновогоднее интервью, Сергей Николаевич.
-- А нечему особенно радоваться. Я страстно хочу, чтобы в 2011 году не повторилось все то, что произошло в 2010-м и предыдущих годах. Чтобы сегодня мы извлекли урок, чтобы мы наконец перестали заниматься показушной внешней политикой, а сосредоточились на внутренних проблемах страны.
-- Вы полагаете, это реально?
-- Я по натуре своей романтик-идеалист.
-- Чего вы ждете от 2011 года?
-- Очередных кульбитов власти. Потому что главное для власти -- сохранить свои несметные богатства и отвернуться от трагедии "сегодня". Министры-капиталисты -- это про них: взгляните на налоговые декларации их и их жен. Откуда эти несметные богатства? Украдены, конечно же. Сегодня об этом не принято говорить в глаза нашим олигархам, которые держат страну как общак. Но их же собственные дети им это припомнят. Их дети будут за них страдать. Если только эти дети сами не сделают новой революции. Весь ход истории доказывает, что революции обычно делают дети богатых.
-- Чего вы уж точно не ждете от будущего года?
-- Точно не жду войны -- ни гражданской, ни какой другой в нашей стране.
-- Спасибо за интервью, Сергей Николаевич. Примите самые искренние поздравления с вашим 75-летием и с наступающим Новым годом!".
Свободное копирование
