16 ноября, вторник. У пятикурсников опять нет материала, опять мы читаем работы первого курса. Я, естественно, зол, тем более что встал очень рано, перечитал "абстрактные" рассказы Алексея и просмотрел с фломастером в руках отзывы, которые ребята писали на работу Марка. Я попросил ребят указать, сколько каждый из них прочитал страниц. Особенно разозлился на неумный, как всегда, и уклончивый отзыв Володи Репмана. Он, который учится на третьем курсе уже второй год, прочел всего 10 страниц. А тут и он сам, через десять минут после начала занятий, стучится в дверь. Вот теперь-то я его на семинар и не пустил, хотя всех опаздывающих первокурсников пока пускаю. Под горячую руку вместе с ним попала и Вера Матвеева. Здесь сердце у меня чуть щемит.
Первую половину семинара провел за анализом этих самых ребячьих отзывов, делал два по пять минут перерыва через каждый час. Во время первого, на секунду, чтобы узнать о результатах моего письма, зашел к ректору. Лучше бы и не заходил. В кабинете сидела довольно большая компания: Маканин, Солонович, сам ректор и Женя Сидоров. Я сразу понял, в чем здесь дело, развернулся и ушел. Потом, чтобы подтвердить свою мысль, спросил у секретаря. Собрался комитет по Италии -- видимо, в предвидении Года России в Италии. Разозлился жутко. Прошлый раз я спустил, когда, выбирая делегацию в Италию, Тарасов взял только что пришедшего к нам на работу Королева. Теперь -- затаил за пазухой камень.
Какой удивительно нелояльный человек, какой двойственный и Е. Солонович! Был ли бы без меня один ректором, а другой был ли бы вообще в институте? Весь итальянский пляс у нас начался именно с меня. Говорил после на кафедре с Сидоровым об этом случае. Женя с грустью заметил, что он уже привык к подобному к себе отношению, после того как перестал быть министром.
Свободное копирование
