23 сентября, четверг. После бурного вчерашнего дня болею, слушаю радио, пью чай, сижу над Словником, из дома не выхожу. По радио идет обсуждение закона о полиции, который, конечно, сам по себе просто имитирует и деятельность и заботу о народе. Медведев делает поправки, идя вслед "пожеланиям трудящихся". Другие "трудящиеся" по радио просто над новым законом издеваются. В связи с этим я вспомнил, как пару дней назад ехал в метро и сел рядом с молодым парнем-милиционером, который разгадывал кроссворд. Он был одет в кожаную осеннюю форму, вроде бы красиво. Но приглядевшись, я понял, что это дурная и искусственная подделка. И опять в памяти возник образ "стража порядка" где-нибудь за границей. Какие стройные, одетые в добротную суконную форму, ходят полицейские по Дублину! С какой опаской, восхищением и уважением смотрят на них прохожие, а ведь называются они даже не полицейскими -- "гарда"! Наверное, попасть в ту самую "гарду" нелегко, возможно, по конкурсу. А у нас в Москве 40% процентов милиционеров -- иногородние. А сколько мы видим на дорогах толстых, с хищными лицами гаишников! Таких рож и пузатых фигур я не видел среди ни одной полиции в мире! Сегодня Медведев вроде указал, что базовый оклад для лейтенанта милиции должен быть не менее 30 тысяч. Это для молодого парня, которому нужна квартира, нужно сходить с девушкой раз в неделю на дискотеку и покупать себе еду и штатскую одежду. Сможет ли лейтенант купить себе из этих денег машину, хотя бы одной из тех марок, на которых сейчас ездит всякая шпана? Я уже не говорю о молодой шпане высоковорующих родителей. Вон опять во время ночных гонок богатый мальчик врезался в толпу -- четырех человек уже нет на свете. А мальчику, наверное, отсрочат наказание на время учебы в институте. Учиться чему-нибудь и как-нибудь, надо полагать, он теперь будет долго.
Вчера или даже позавчера бывший президент США Бил Клинтон сделал любопытное заявление. Клинтон полагает, что препятствием в урегулировании ближневосточной проблемы -- речь, естественно, идет о Государстве Израиль -- является присутствие на Святой Земле большого количества выходцев из России. Именно они, в первую очередь, этому урегулированию сопротивляются, они несговорчивы и агрессивны. Насколько можно понять Билла, только репатрианты и не желают допустить выделения земли для арабов. Клинтон ссылается на высказывание нашего хорошо знакомого Щаранского, который в свое время, если мне не изменяет память, был обменен на кого-то из наших разведчиков. Щаранский вроде бы сказал следующее -- цитирую исключительно на слух по радио "Эхо Москвы". Я, дескать, приехал из самой большой страны в мире чуть ли не в самую маленькую, и теперь не хочу, чтоб эта страна стала еще меньше.
Как ни странно, отголосок этой же мысли я почти одновременно нашел у Станислава Куняева. Во вторник, в семинарский день, Станислав Юрьевич подарил мне сентябрьский номер "Нашего современника", в котором был отрывок его огромной книги о Холокосте. Она симптоматически называется "Жрецы и жертвы Холокоста". Если я правильно понял, то смысл этого сочинения в том, что очень часто всеми акциями против еврейского населения руководили или инициировали их люди именно с еврейской кровью. Но в данном случае я не об этом.
Куняев полагает, что существуют два как бы почти племени евреев. Самоназвание этих групп -- ашкенази, восточные евреи, в основе своей дикие и агрессивные, и сефарды -- евреи Западной Европы, соединенные с обычаями и культурой стран, в которых они живут. Именно ашкенази в свое время даже спровоцировали Гражданскую войну в России. "Культурные", то есть европеизированные наши евреи, к которым Куняев чуть ли не относит и Ленина, были более терпимыми, но когда власть после Октябрьской революции стала из их рук уплывать, то именно с помощью той волны молодого еврейства, пришедшей из-за черты оседлости, они эту власть и укрепили. Куняев оперирует термином "революционеры хазарского происхождения". Есть даже интересный ленинский пассаж. Придется вставлять большую цитату.
"Меня всегда удивляли наши патриоты, придававшие фатальное значение четвертушке еврейской крови, пульсировавшей в ленинских венах и артериях. На мой взгляд, Ленин относился к еврейскому засилью в революции куда бо-лее раздраженно и скептически, нежели Сталин. Более того, он позволял себе такие высказывания о еврействе, на которые сам Сталин никогда не решался.
Помнится, что в одном из сочинений 1911-го или 1912 года Ленин неожи-данно заявил о том, что в нашем черносотенстве помимо всяческой интелли-гентской "затхлости" есть здравое ядро -- "грубый мужицкий демократизм".
А в начале 20-х годов он же предупреждал Сталина, чтобы последний умел сопротивляться авторитетам и воле еврейских партийных функционеров, а то ведь, заметил Ленин, "на шею сядут".
Незадолго до революции живший в Швейцарии Ленин встретился с дву-мя людьми, приехавшими из России, о чем написал в письме:
"Один еврей из Бессарабии, видавший виды, социал-демократ или почти социал-демократ, брат-бундовец и т.д. понатерся, но лично неинтересен... Другой воронежский крестьянин из старообрядческой семьи. Черноземная си-ла. Чрезвычайно интересно было посмотреть и послушать".
Недаром Есенин в "Анне Снегиной" на вопрос своих земляков: "Скажи, кто такое Ленин?" -- отвечает: "Он -- вы"; а Николай Клюев в 1919 году пишет знаменитые строки: "Есть в Ленине керженский дух, диктаторский окрик в де-кретах. Как будто истоки разрух он ищет в поморских ответах".
Да, Ленин признавал, что без местечкового еврейства революция потер-пела бы поражение:
"Эти еврейские элементы были мобилизованы против саботажа. Таким образом они имели возможность спасти революцию в этот критический пе-риод. Мы имели возможность захватить административный аппарат только потому, что имели под руками этот запас разумной, образованной рабочей силы".
По некоторым данным, количество "разумной образованной рабочей си-лы", хлынувшей в Центральную Россию из-за "черты оседлости" и занявшей почти все большие и малые административные должности, в том числе и ЧК, составляло более миллиона человек.
За эту поддержку "Революции" (то есть за спасение большевистской вла-сти) Ленину пришлось заплатить большую цену, в том числе и подписать чу-довищный декрет "о борьбе с антисемитизмом".
Но в своих стратегических планах Ленин рассчитывал после достигнутой стабильности все-таки уменьшить еврейское влияние в высших эшелонах власти.
В конце 1922-го -- начале 1923 года он обратился с письмом к XIII съезду партии ("Завещание" Ленина), в котором попытался совершить своего рода переворот в Центральном Комитете ВКП(б).
"Я советовал бы очень предпринять на этом съезде ряд перемен в нашем политическом строе" <...>. "В первую голову я ставлю увеличение числа чле-нов ЦК до нескольких десятков или даже до сотни" (в ЦК тогда было 27 чело-век. -- Ст. К.).
По предложению Ленина в новый ЦК должны были войти люди, "стоящие ниже того слоя, который выдвинулся у нас за пять лет в число советских слу-жащих, и принадлежащие ближе к числу рядовых рабочих и крестьян". <...> "Я предлагаю съезду выбрать 75-100 рабочих и крестьян... выбранные долж-ны будут пользоваться всеми правами членов ЦК" (т. 45, стр. 343, 348, 384). Так что местечковому большинству в государственном аппарате было че-го бояться. Однако партийные верхи отвергли ленинское предложение, а Троцкий написал в ЦК письмо о том, что такое "расширение" ЦК лишит его "необходимой оформленности и устойчивости" и "нанесет чрезвычайный ущерб точности и правильности работ ЦК". Вся еврейская часть ЦК поддер-жала Троцкого, и сущность ленинского письма была сведена к ленинским ха-рактеристикам кандидатов на роль генсека, в то время как идея расширения ЦК была куда более важной".
Свободное копирование
