14 сентября, вторник. Как налаженное действие, провел два семинара. Сливать первый курс с пятым по-прежнему боюсь. С первокурсниками вожусь с удовольствием, они еще не разбалованы и хотят учиться. Невольно сравниваю их с моим пятым курсом. На первом разбирали заочника Ярослава Васильева, достаточно талантливого беллетриста, в котором есть и пытливость, и ум, а на пятом теребили перешедшего ко мне от С.П. Юру. Сочинение у него странноватое -- беллетристическое обрамление и внутри целый философский трактат. В принципе, как экспериментальная литература, это годится. Тревожит меня, что, кажется, Юра один из тех литераторов, что каждый раз пишут "шедевр" и "закрывают тему".
Не обошелся этот день и без ожидаемого инцидента. С семинара меня вызвали. Опять приехала И.Л. Вишневская. Как Зоя Богуславская предупреждала, И.Л. агрессивна и настойчива. Сидели она, Л.М., БНТ и Миша. Я сразу почувствовал, что мои начальники сдались. При мне предлагали ей место консультанта, "как В.С. Розов". Хочу, твердила И.Л., быть профессором Литинститута и вести семинар. Она и сегодня семинар вела минут двадцать. Я предложил остроумный выход: новый семинар, чуть ли не одиннадцать человек, столько мы прежде никогда не брали, пусть ведет В. Малягин, а вот "старичков" продолжает вести Инна Люциановна. Так это все и приняли. Преподавать она, конечно, не будет, но десять тысяч рублей институт продолжит ей выплачивать.
Как и договаривались вчера, к шести часам, а в шесть тридцать мне надо быть в театре Маяковского, там сегодня празднуют очередной день рождения Сергея Арцыбашева, пришла Татьяна, подруга моей сестры. Я передал ей посылку из Франции. Она сказала, что у ее сына нашли неспецифический колит, а также поведала о своих мытарствах по медучреждениям, где все время требуют денег. Я рассказал, как Татьяна Алексеевна лежала в специальном отделении для пожилых людей. При этом сам постоянно думал о своей судьбе.
Сергей Арцыбашев, как мы уже привыкли, каждый год дарит нам какой-нибудь новый спектакль. Иногда это спектакль его другого театра -- театра на Покровке, который он основал и, как Табаков свою "Табакерку", не хочет отдавать в другие руки, получив академический театр Маяковского. На этот раз всех ждал "Дракон" Евгения Шварца. Я никогда не предполагал, что эта пьеса окажется так живуча. Все действие в ней происходило теперь на фоне сегодняшних событий с Лужовым и невольно вызывало разные ассоциации. Сам Сергей играл превосходно, с удивительной внутренней свободой и беспощадностью. Цветов и подарков масса. Я сидел на втором ряду, сразу за Вульфом. В своем роде он тоже героическая личность -- кажется, проходит курс химиотерапии. С ним даже немножко поспорили. Он не полагает, что пьеса Шварца еще живет. Я думаю, что он просто по-другому относится к власти, которая его балует. Я у власти все вырываю и не являюсь любимцем Путина.
Свободное копирование
