25 мая, пятница. Вот я и выспался. Ночевать решил в маленькой комнате, выходящей в спортивный зал над гаражом. Проснулся утром в семь часов от света, распахнул окно. Цветет сирень, и рядом показались белые, как куски ваты, соцветия черноплодной рябины. Ночью видел какой-то трагический и сладкий сон, связанный с Татьяной Васильевной Дорониной. Она сказала: "Женитесь на мне". Это было мучительно и приятно, но утром заставило меня долго переживать: не заболела ли Доронина? Как там у В.С.? Я так часто вспоминаю последнее время Татьяну Васильевну, может быть, потому, что не раз поглядываю на прекрасные швейцарские часы, подаренные ею...
В Думе представили трехлетний бюджет. Как старый человек, проживший советскую эпоху, я помню многое, в том числе и "семилетний план" вместо пятилетнего. Такие новации всегда свидетельствуют о непорядке в экономике. У нас так, видимо, и есть, несмотря на бодрые рапорты начальства.
Вечером, когда возвращался из больницы, заехал в институт за машиной. На Пушкинской площади шел митинг последователей Фридриха Ницше. Было человек сорок с плакатами и "матюгальниками", стояла эта молодежь напротив Пушкина, по другую сторону Тверской, на институтской стороне. Вполне русские интеллигентные лица. С чувством удовлетворения я и небольшая кучка зрителей прослушали лекцию о наследии Ницше. Под маркой Ницше, конечно, чувствовалось национальное разочарование. Лозунги типа "Русский, проснись!" это подтверждали. Ностальгия по империи. Да здравствует Путин, да здравствует Ницше! Разговоры о сверхчеловеке и о великих целях.
В газетах сообщения о новой трагедии на одной из шахт Кузбасса. Погибло более 200 человек. Взрыв метана. На этот раз Путин даже не объявил траура - привыкли. Вся российская жизнь в трауре. В "Труде" заметка об этом событии называется "Где еще рванет?" В "Российской газете" пространная статья: "Собственник шахты опять ни при чем?". Эта же газета интересуется "делом Невзлина" - бывшего ректора РГГУ, выдадут его России или нет. Но израильтяне своих не выдают.
Свободное копирование
