24 марта, среда. Теперь у меня вся надежда на американское и швейцарское правосудие. Оно всегда берет там, где у нашего правосудия, у нашего воровского правосознания не хватает мужества. По телевидению сообщили, что бывший министр железнодорожного транспорта г-н Аксёненко уже живёт в Швейцарии. Жаль, конечно, что нет Карлы дель Понте, но тем не менее я хорошо помню все безобразия, которые творил этот благообразный седой джентльмен. Американское правосудие также, конечно, не дремлет и, если не мешает наша прокуратура, расчищает наши авгиевы конюшни. Мы же, по возможности, стараемся его укоротить -- не трогайте наших вороватых миллионеров! Последнее, что меня порадовало, это прекращение дела против Кононыхина, миллионера, который увез большие суммы, в том числе и украденные из собственного банка. Но ведь не колосок в поле украл, не из палатки блок сигарет. Поэтому можно не сажать.
Иногда у меня наступает период мизантропии, и всё кажется мне дурным. Вроде бы, посмотришь по телевидению -- яркие краски, а почитаешь газеты -- перспективы чудовищные. Меня очень смущает наметившаяся тенденция сделать высшее образование платным. Все время говорят о том, что и медицина по большому счёту станет платной. Мы постепенно отказываемся от всего, что было нами завоёвано. В Европе, например (а в Германии, которую я хорошо знаю, в частности), высшее образование бесплатное, и оно доступно, хотя, может быть, по качеству и ниже нашего. Теперь капиталистическое общество преподнесло нам весенний подарок. До этого я читал в газетах, что пойдут частные электрички (в частности, на нашем, южном направлении), с большими удобствами, хотя и с более высокой ценой за билеты. А теперь сказали, что стоимость билетов на электричку увеличивается почти в два раза. Какие были времена! Я садился в Обнинске в поезд, два часа читал или писал, потом в Москве делал все дела, проводил полный рабочий день, а вечером опять же на поезде уезжал обратно и леском шел до дачи...
Читаю Андрея Геласимова, кому-то я о нем сказал и в ответ услышал: очень бойкий, дескать, мальчик, бьется во все углы, куда только можно. Что касается его литературы, то это довольно интересно, живо, иногда ярко. И тем не менее над всеми его сочи-нениями (а сейчас я читаю "Жажду", повесть о чеченском ветеране) веет некое ощущение недостатка глубины и подлинности, хотя всё укладывается, всё, казалось бы, точно, но точность эта литературная. Я, конечно, прочту и его роман, но все-таки очень колеблюсь относительно своего решения по премиям Москвы. Вот если его сравнить с Шаргуновым, то у последнего, хоть и недостатков больше -- и в смысле письма, и в композиции, и в диалоге, но он, безусловно, лежит в зоне литературы, а Геласимов -- пока лишь в зоне нашего времени. Но, может быть, молодежь стоит поддерживать авансом, вдруг потом выбьется, надо принимать это во внимание.
Свободное копирование
