14 февраля, суббота. После того, как в машине моей, в баке обнаружили почти литр воды, после того, как ее вылили, -- жизнь стала проще: машина и завелась, несмотря на холод, и я благополучно доехал до Обнинска. А уж как рада была собака!
Из чрезвычайных новостей -- одна: в Ясеневе рухнул огромный, самый большой в Европе аквапарк. Телевидение занято этим. Меня судьба тоже как бы готовила к этой трагедии: мой шофер Коля Матвеев в четверг или в пятницу сказал, что у него есть билеты именно в этот аквапарк и что он хочет предложить их Толику. Я сразу понял, что это разведка -- не попрошу ли я их для себя. Что касается Толика, я не советовал его приглашать: жена у То-лика беременна, вряд ли он пойдет, а соблазн всегда соблазн. Вообще, эта идея -- такие развлечения на фоне русской зимы, снега, наряду с нашим исконным целомудрием (мы же не моемся, как финны, вместе в банях, а моемся раздельно), эта идея, когда пренебрегают божественным чередованием сезонов тепла и холода, кажется мне кощунственной, при том, что в Москве не все уж так благополучно, не так много ресурсов... Но, возможно, это мои слюни.
Как всегда, начальство явилось очень быстро, чуть ли не через час на месте был и мэр, и Шойгу, но, думаю, это не снимает с них ответственности. Строительство в Москве превратилось в чудовищный бизнес, согласование, визы -- всё покупается, нарушаются любые нормы, и это при таких темпах, при таких коэффициентах, которые изобрели именно в Москве. Я вспоминаю, как после землетрясения в Армении мы узнали, что железобетонные плиты домов там были некондиционны: в них содержалось слишком много песку, так как цемент уходил на строительство особняков. И теперь вот -- пришли люди, а остались "фрагменты тел"... Уже сей-час говорят о 29-30 погибших и очень большом количестве раненых. Если и есть медленный ад -- то это было именно там.
Не приписал еще одно известие к пятнице, касающееся непосредственно института: на Ближнем Востоке, кажется в Катаре, убит наш выпускник и бывший президент Ичкерии -- Зелемхан Яндарбиев. Перед этим погибли братья Хачалаевы -- тоже наши выпускники.
Начал читать Юру Глазова. Я никогда не думал, что он лидер семинара, но боюсь, что ошибался. Его рассказ "Гость", который мы будем обсуждать во вторник, написан почти с гениальной наивностью и без всякой заботы о влиянии. Я даже затрудняюсь сказать, о чем он. О дьяволе, который искушает художника, или о внутреннем самоощущении? А может быть, это о той необходимой свободе и праздности, которые только и могут сделать из человека творца?
Свободное копирование
