Уже мной было сделано в октябре и ноябре 1897 г. несколько таких небольших версальских композиций, когда я отважился затеять картину, в которой суммировал бы, синтезировал бы все эти “образы”. Темой я выбрал тот момент, когда “Луи Каторз” предавался своему любимому развлечению, а именно — кормлению рыб в разных водоемах своей резиденции. Сначала я полагал поместить такую сцену в ту обстановку, которая служила мне для самого первого из моих версальских набросков — иначе говоря, у бассейна Латоны. Но затем я придумал “декорацию” более выразительную, а именно — я изобразил нечто напоминавшее один из четырех бассейнов Времен Года. — Самого “Луи Каторза” я изобразил совершенно осунувшимся и с тем рассеянно отсутствующим выражением лица, которое бывает у Стариков и в котором сказывается, что они уже “не жильцы на свете”, что они уже вне жизненной суеты. Король уже до того слаб (такие моменты слабости встречались в последние годи его нередко), что самое кормление карпов он поручил сопутствующему его царедворцу. Кроме того, в сцене фигурировали состоящий при нем “на всякий случай” неотступно, задрапированный во все черное врач-хирург и молодой лакей, одетый в живописную ливрею, на обязанности которого было толкать довольно тяжелую повозку. В отдалении я изобразил еще несколько куда-то спешащих господ, которые, сознавая, что его величество их не видит, все же издали и на ходу отвешивали ему низкий поклон.
“Последних прогулок короля” я создал еще около десяти, но увы, менее значительных размеров, нежели эта крупная акварель. Когда все они были готовы, я пригласил княгиню Тенишеву и предложил ей отобрать из них (а также и из других моих работ) то, что ей нравится. Мария Клавдиевна выбрала описанную картину и еще две-три “Прогулки”. Все это я счел своим долгом ей преподнести, выражая тем самым свою признательность. Ведь не будь ее денежной помощи, я не попал бы в Париж и не смог бы надолго в нем с семьей поселиться. После некоторого combat de gеnerositе княгиня уступила и приняла мой дар. В составе ее собрания эти вещи попали затем в Музей Александра III.
Свободное копирование
