4 августа. Слава богу! день прошел без всякого напоминания о Черткове, и стало как-то легче жить,-- очистился немного воздух. Спасибо милому моему мужу -- Левочке, что щадит меня. Кажется, если все началось бы сызнова, у меня не хватит сил перенесть. Надеюсь, что скоро все уедут из Телятинок и я перестану вздрагивать и пугаться, когда уезжает верхом Лев Никол., и перестану бояться их тайных свиданий.
Чувствую себя больной, голова какая-то странная, не сплю почти совсем и не могу долго ничем заниматься. Лежу часто без сна, и какие-то дикие фантазии проходят в моей голове, и боюсь, что схожу с ума.
Уехали Бирюковы. Стало ясней, и появились грибы. Саша была в Туле у доктора, и он ничего ей не предписал. Тане, слава богу, лучше. Позировала для Левы, исправляла корректуру "Искусства", вписывала пропущенное -- работа трудная и медленная.
Лев Ник. верхом ездил в Басово, к Лодыженскому, и устал. Я встретила его на так называемом у нас прешпекте. Думала о том, не могу ли я примириться с Чертковым; хочется вызвать в себе добро, "яко же и мы оставляем должникам нашим..." И может быть, в мыслях я и перестану ненавидеть его. Но когда подумаю -- видеть эту фигуру и встречать в лице Льва Никол-а радость от его посещения,-- опять страдания поднимаются в моей душе, хочется плакать, -- и отчаянный протест так и кричит во мне: "Ни за что, не хочу больше этих острых, мучительных страданий!.." А чувствую, что я вся во власти мужа, и если он не выдержит -- все пропало!
В Черткове злой дух, оттого он так и пугает, и мутит меня.
Свободное копирование
