Дать четкое определение хорю невозможно, как мы уже говорили, однако иной раз он и сам себя обозначит, произнося свое любимое кредо: "Кажный на своем рабочем месте...". Грамотный хорь даже и правильно скажет: "Каждый на своем рабочем месте",- и пальчик назидательно приподымет. Сие не значит, что каждый на своем месте обязан быть инициативным, ответственным, видеть лес из-за деревьев. Инициатива, ответственность - для хоря буквально вызов, оскорбление и надлом. Зато у других он потребует яростно и властно, и разоблачит, как бы в порыве гражданственного восторга. И сколько же их, этих несостоятельных, но требующих, и сколь разнообразны они на общественной лестнице: методисты жизни, паразиты жизни, алкоголики, иждивенцы, и в том числе: тихие, наивные, наглые, воинствующие, умышленные паралитики, под дурачка, под дурочку, психопаты, словоблуды, жалобщики, анонимщики, дураки набитые, беззаветные, ничего не делающие, с трибун вопрошающие, вопросы задающие, требующие, пугающие, напоминающие, намекающие, жилы тянущие, сами спящие и КАЖНЫЙ на своем рабочем месте!
Хорь практически выверен, статистически достоверен. Он - факт, объективная реальность, частица бытия. Обижаться нельзя, да и некогда. Он говорит: "Дай! Стой! Беги! Повернись! Ложись, молчи, говори, плюнь, глотай!". И даю, и ложусь, и плюю, и глотаю. На ходу, на бегу, не оглядываясь, в темпе. И скорость тоже гасит боль... Это - налог на хоря. А что делать?
-Здрасьте. Я сестра Золотько, який выписан только.
-Здравствуйте. Садитесь.
-Хочу увезти брата у Хмельницк.
-Пожалуйста, увозите.
-Та треба у Кыеве перевезти ево на другий вокзал.
-Так перевозите.
-Та вин же на другом конце города. Той вокзал здесь, а цей аж там.
-Так что вы хотите?
-Та як же перевозить?
-Да я не был в Киеве никогда...
-О то ж оно так, а як жи перевезти?
-Так поймите вы, я же никогда, понимаете, ни разу в жизни не был в Киеве, я...
-Здрасьте.
-Здрасьте.
-Я жена больного Кулика.
-Помню, помню. Разбирал вашу жалобу на поселковую больницу.
-Не могу, не могу простить врачам, почему не поставили диагноза вовремя.
-Да, трагедия страшная, случай почти невероятный. Рак легкого у молодых людей почти не встречается. Кто мог подумать? К тому же у инвалида - после тяжелой травмы грудной клетки... И еще у него - тысяча болезней. Все это прямо на поверхности лежало, бросалось в глаза. Кто мог представить, что там еще одно несчастье.
-На то и врачи, чтобы думать!
-А Вы кто?
-Я маляром работаю.
-Мне трудно вам объяснить сложность данного случая. Вы просто должны мне поверить, если доверяете...
-Да я против вас ничего не имею, вы же диагноз поставили, а почему же врачи не поставили?
-Я специалист, онколог. И потом мне было легче, я смотрел позже, когда картина уже прояснилась, смотрел тенденциозно, с намерением...
-А зачем резали, если напрасно все?
-Ему вскрыли грудную клетку, надеялись убрать опухоль, но было уже поздно - опухоль разрослась далеко.
-А если далеко - зачем резали?
-Чтоб узнать, что далеко, надо вскрыть сначала грудную клетку, без операции не узнаешь... не всегда узнаешь... Хотелось же спасти вашего мужа, все хотелось сделать для него.
-А почему ж не сделали?
-Потому что у него рак. Не все формы рака лечатся сегодня на земном шаре. Человечество пока еще не все знает о раке, не все мы умеем пока...
-А мне что делать теперь?
-Вам нужно теперь за ним ухаживать на дому, надо, чтоб сквозняка не было, но чистый воздух обязательно, свежее белье, шприц наготове...
-А где я шприц возьму?
-В аптеке.
-А в аптеке нет.
-В больнице.
-А в больнице не дадут.
-Ну, попросите.
-А как не дадут?
-Ну, я Вам дам.
-Ладно. А вот еще советуют сухое вино для аппетита. Можно?
-Можно.
-А где я вино возьму?
-В магазине.
-А в магазине нет...
-В ресторане.
-Ну, вот, буду я по ресторанам шляться!
-Послушайте, поставить диагноз рака легкого у вашего мужа в тысячу раз труднее, чем достать бутылку вина и шприц. От других Вы требуете невозможного, жалобы пишете, а сами такую малость не хотите сделать для родного человека...
Перекосилась, перепнулась с ноги на ногу, вышла.
Пора и мне - еще обход, операции.
А в коридоре опять хватают за руки, за халат:
-На минуточку, на минуточку!
-Что случилось?
-По губе меня ударили.
-Ну и что?
-Швы вот положили рядом, в скорой помощи.
-Так, швы как швы, лежат хорошо. Что вы хотите?
-А я недовольная!
-Так я не видел довольных, ударенных по губе.
И еще один шаг делаю к заветной двери и уже открываю ее, а в проеме - энергичное лицо, роговые очки:
-Секундочку, секундочку, вижу торопитесь, один только вопрос, доктор.
-Да, да, слушаю.
-Я свободен до двенадцати часов, сейчас - десять тридцать, у шофера перерыв с четырнадцати часов, и я...
-Какой вопрос вы хотите задать?
-Машину мне отпускать?
- Карандашик нужен,- бормочу я, - карандашик... два парохода плывут против течения со скоростью икс... Когда они встретятся?
Я бегу по коридору, по лестнице, а в голове дурацкий совсем колокольчик:
Па-ро-хо-ды встре-тят-ся или нет
Или - или встретятся, или - или нет...
Господи, когда же, наконец они встретятся, когда все это закончится? Есть жизнь на Марсе? Нету жизни?
Жизни нет. И все же она продолжается.
Свободное копирование
