Один из своих тогдашних фельетонов я и посвятил описанию того, как истый венец проводит свой день, когда фашинг в разгаре, да и во всякое время года.
Это самое легкое и заразное "прожигание" жизни, какое только можно себе вообразить. В Париже одни завзятые вивёры, живущие на ренту, проводят весь день в ничего неделанье, а в Вене и деловой народ много-много -- часа четыре, с 9 часов до обеда, уделяет труду, а остальное время на "прожигание" жизни.
Венец, хоть и немецкой расы, но не такой, как берлинец и даже мюнхенец. Он -- австрияк, с другим темпераментом, с девизом "Wein, Weib und Gesang" (вино, женщина и песня). Да в его крови есть и всякие примеси, а в постоянном населении Вены -- огромный процент славян (чехов до ста тысяч), венгерцев и тирольских итальянцев. Все здесь отзывается уже югом -- и местный диалект, и разговор, и удовольствия, и еда, и характер безделья, и вся физиономия не только уличной жизни, но и домашнего побыта.
Пока вам Вена не "приестся" -- а это непременно наступит рано или поздно, -- вы будете себя чувствовать в ней так беззаботно и удобно, как нигде, несмотря на то, что климат ее зимой не из самых мягких. Зато осень и весна всегда почти ясные и теплые и позволяют не менее, чем в Париже, жить на воздухе.
Фланирование по улицам, бульварам, садам, гуляньям в Пратере -- сравнительно с парижским -- благодушнее, пестрее типами и туалетами, со множеством видных, свежих женщин, тех "susse Madels" (милых девиц), которые до сих пор еще играют роль в венской беллетристике, в романах и жанровых пьесах. Вена -- самый женолюбивый город европейского юга, и например, Рим, если его сравнить с нею, окажется во много раз если не целомудреннее, то суше, сдержаннее. В Риме уличная кокотка совсем не бросается в глаза, а в Вене все женщины кажутся более или менее "галантными". Но этот эротизм не имеет такого оттенка, как в Париже. Тут все проще, естественнее. Молодость, кровь, тело, еда и питье вызывают инстинкты, а не извращение фантазии, не смакование разных пикантных пакостей. Это вы находите даже и в светских сферах, и среди тамошней интеллигенции, и в артистическом мире.