В те годы у нас часто гостила благочестивая пожилая дама из Риги — Ольга Васильевна. Она знала мою заботу о судьбе нашего младшего сына и дочки Любочки. Трое старших детей уже были пристроены, Катя вышла замуж и уехала в Киев. А сколько горя она хлебнула, сколько слез мы пролили о ее судьбе, вымаливая дочь у Господа, так не приведи Бог такого переживания иным родителям. Но и этот крест был послан нам Господом, потому что если б не крест да горе, то что поставило бы нас с черствыми сердцами на коленопреклоненную и долгую слезную молитву? Господь услышал, и Катя не пала в жизни от горя. Но описывать жизнь Катеньки моей на пути к Царству Небесному я не имею права. Может быть, она сама на старости лет расскажет о переживаниях своей юности. Я же скажу только то, что святителю Николаю Чудотворцу в те тяжкие годы я неизменно вручала свою старшую дочку. Я знала, что характер ее, настойчивый и горячий, сложился в моей утробе, когда я в слезах и воплях к Всевышнему строила свой новый дом, начинала свою семью. Поэтому Катя от рождения была шумным, напряженным ребенком, но с твердой верой в помощь Бога.
А когда я носила Любу (читатель помнит), мы жили уже своей семьей, радостно, весело, любуясь на деток. Вот у Любы моей и сложился характер веселый, но спокойный и трудолюбивый. Она всегда радовала нас своим прилежанием, своими ласками, своей покорностью воле Всевышнего и надеждой на Его милосердие. О ее счастье расскажу потом. Скажу же только, что очень любившая нашу семью Ольга Васильевна из Риги помогала мне вымаливать у Господа счастье двум моим младшим детям.
Ольга Васильевна жила неделями в нашей квартире вместе с Любочкой. Зная мою заботу о будущем детей, она познакомила их с семьей одного московского священника, в которой были взрослые дети, ровесники нашим. Молодежь подружилась. Были частые встречи на праздниках, но «шалун Амур» пока не ранил сердца никого из наших детей.
Когда Ольга Васильевна услышала от меня, что Феденька наш заинтересовался девушкой из Белоруссии, то ей это не понравилось. Видя, что сватовство ее не удается, она сказала мне:
— Есть такая сильная молитва, которая читается двумя или тремя лицами по соглашению. Господь Иисус Христос сказал: «Если двое или трое согласятся просить у Отца Небесного что-либо во имя Мое, то чего бы они не просили — дастся им». Так давайте же, матушка, просить у Господа, чтобы Федя Ваш взял себе жену из дочерей отца А., а не какую-то другую девушку.
Я ответила Ольге Васильевне так:
— Я буду вместе с Вами, дорогая, молиться за них за всех — и за девушек, и за сына. Но пусть ему Господь Сам на сердце положит чувство к той, которую определил ему Бог. Дело это настолько серьезное, что брать на себя ответственность я не могу, могу только вручить Господу судьбу сына. Да свершится Его святая воля.
Однако Ольга Васильевна, уже находясь далеко в Риге, настойчиво требовала от Господа исполнения ее желания. Когда дело шло уже к весне и после Пасхи намечалась свадьба Феди, Ольга Васильевна усилила свой молитвенный подвиг. И вдруг, среди горячей молитвы, она ясно услышала голос Всевышнего: «Зачем ты противишься Моей воле?». Ольга Васильевна была потрясена. В слезах она просила у Господа прощения, неизменно повторяя с тех пор: «Да будет, Господи, воля Твоя». Ольга Васильевна рассказала все это нам, и мы возрадовались духом, поняв, что воля Божия — сочетаться Феде с Галиной.
Свободное копирование
