10 [января]. Звонила мне по телефону незнакомая девушка. Хочет у нас работать. Говоря об этом дочке, я сказал: «Она придет ко мне учиться — так она сказала. Но я думаю, что она испугалась моего голоса и не придет: когда я говорил с ней, голос у меня был почему-то грубый и прерывистый, некоторые слова почти по слогам выговаривал. Голос мой меня не слушался. Она, наверное, моего голоса испугалась! Если бы со мной ночью на темной улице заговорил кто-нибудь таким голосом, я бы тоже испугался!»
Дочка смеялась и вдруг сказала: «Когда я картины видала», — и пояснила, что испугалась моих картин, увидев их первый раз при нашем знакомстве в 1920—21 гг.
<...>
Свободное копирование
