Как-то вечером я отправилась в гостиницу, в которой она остановилась. У дверей швейцар отсутствовал; на лестнице и в коридоре я не встретила ни души. Дойдя до номера, который занимала Ольга, я постучала в дверь. Ответа не последовало, а когда я отворила ее, то в комнате было темно и пусто. Я поняла, что Любатович арестована. Надо было скорее уходить. Опять в коридоре и на лестнице я не встретила никого.
Так снова, как в Одессе, случайность оставила меня на свободе. А Романенко, посещавший Ольгу, с которой дружил, попал в руки жандармов, хотя Ольга, наверное, успела снять условный знак безопасности; или, быть может, он зашел к ней вечером, когда видеть сигнал было невозможно.
Как относительно Мартынова и Лебедева, так и Романенко департамент, по-видимому, сведений не имел: его сослали без суда, но не в Сибирь, а в Ташкент**. Ольга Любатович, арестованная 6 ноября, к суду тоже не была привлечена: ее сослали административно в Сибирь, где она вышла замуж за своего сопроцессника по "делу 50-ти" Джабадари ****.
______________
** Романенко кончил плохо, солидаризировавшись впоследствии с юдофобом Крушеваном.
**** В своих воспоминаниях Любатович писала, что директор департамента полиции Плеве предлагал ей взять на себя миссию переговоров с Исполнительным комитетом о прекращении террора. Она отказалась, но указала для этого Романенко, который за границей под псевдонимом Тарновского напечатал горячую брошюру в защиту террора.
Что касается Теллалова и Стефановича, то их судили по "процессу 17-ти" в 1883 году; оба были приговорены к каторжным работам: Стефанович отправлен на Кару, а Теллалов заключен в Трубецкой бастион, где он умер от истощения.
Свободное копирование
