23 января 1869 года, четверг
Сегодня в половине четвертого часа пополудни скончался Авраам Сергеевич Норов. Это меня глубоко огорчило. За исключением того времени, или по крайней мере второй половины его, когда он стоял во главе министерства, Авраам Сергеевич был мне близким человеком. Месяца два тому назад он заболел легкою простудою. Но болезнь, по-видимому, скоро прошла, и он начал выезжать. В это время мы вместе с ним ездили в Смольный монастырь на праздник обновления церкви. Потом он опять слегка заболел. Может быть, и это недомогание скоро прошло бы, если б он не ездил в Сергиевский монастырь на могилу своей жены, где окончательно простудился и за обедом у архимандрита лишнее съел. На третий день после этого я застал его уже в постели. Это было мое последнее свидание с ним. Ему с каждым днем становилось хуже. Умер он почти без физических страданий, сохранив память часов за пять до рокового часа и полное присутствие духа. Да, я очень огорчен. Я не хочу в нем помнить слабого, малодушного министра и не могу не помянуть добрым словом хороших, гуманных свойств его сердца и дружеского отношения лично ко мне. Ведь ничто не восстановляет так человека против человека, как зло, которое он ему сделал. Забыть это, протянуть обиженному руку, принять его прощение -- право, требует не малой доли великодушия. Таков по крайней мере общий ход вещей на земле.
Свободное копирование
