25 сентября 1863 года, среда
Прелестнейший день, какой и в июле редко встречается: 15R тепла. Да почти и весь сентябрь таков.
Хотел я оставить разум с его беспощадною логикою, с его суровыми истинами, вроде спинозианских, и прилепиться к чувству, чтобы жизнь не казалась такою страшною махинацией с столь же страшным выполнением законов необходимости. Но чувство, обещающее так много, само утомляется, колеблется и требует опоры в той же самой мысли, которая ничего слышать не хочет о чьих бы то ни было правах, кроме своих собственных. Прибегаю я к фантазии, но фантазия, обольстив меня на минутку своими блестящими миражами, сама преклоняется перед всесильною действительностью, которая или повелительно требует отправляться с грезами фантазии в дом сумасшедших, или покоряться своим превратностям. Как бы примирить разум, чувство и фантазию?
Заседание в Академии по случаю Уваровской премии. Я читал отчет о присуждении награды Островскому за его драму "Грех да беда на кого не живет". Отчет мой, кажется, был немного длинноват и слишком много ударял на теорию драмы.
Свободное копирование
