7 февраля 1843 года
Был у директора канцелярии военного министра, генерала Анненкова, Мне хотелось с ним поговорить о восстании на меня генералов за мой проект преобразования в Аудиторском училище. Он меня уверил, что никто, начиная с него самого, не разделяет генеральского негодования, а, напротив, все порядочные люди ожидают от меня обновления и усовершенствования школы.
Некто Машков еще в прошедшем году начал было издавать нечто вроде журнала под названием: "Сплетни". За это досталось цензору Очкину, а "Сплетни" запретили издавать. Надо еще заметить, что автор или издатель принял псевдоним "Кукарику". Еще немного спустя он вздумал издавать повести, одну за другою. В них уже не было ничего общего со "Сплетнями", и я пропустил их. Между чем в "Пчеле" напечатали объявление, что выходят новые сочинения Кукарику, и в скобках: автора "Сплетней". К этому прибавлено, что самые "Сплетни", остающиеся в небольшом количестве, можно покупать там-то.
И вот из-за этих "Сплетней" новые сплетни. Министр сделал мне выговор, зачем я позволил Машкову называться "Кукарику", а Корсакову и Очкину за то, что они пропустили объявление в "Пчеле". Странное дело, как будто существует закон, налагающий запрещение на то или другое имя. Если б Машков назвался собственным именем в "Сплетнях", я должен был бы, оказывается, запретить ему называться Машковым в других, самых невинных сочинениях, какие ему вздумалось бы еще напечатать. Можно ли оставаться цензором при таких понятиях наших властей?
Я был сегодня у князя Г.П.Волконского, горячо объяснялся с ним и просил уволить меня от цензуры. Что остается делать в этом звании честному человеку? Цензора теперь хуже квартальных надзирателей. Князь во всем согласен со мной, но крайне огорчен моим намерением подать в отставку.
На днях я представлялся министру внутренних дел Перовскому. Принят был весьма вежливо. Он одобрил мои идеи о преподавании русской словесности в Римско-католической академии. Обращение его вообще привлекательно: просто, изящно, благородно. Он как будто и в самом деле уважает человека, с которым говорит по службе.