16
От Судейкина ни звука, ни слова, ни намека. Разве так любят? Отослал корректуры, написал Феофилактову и Сергею Юрьевичу. Шел снег; заехал к Сомову, смотрел новое «Руно», пили чай; Вилькина живет в старинном доме на набережной, с большими передними, внутренними ступенями вверх и вниз. Дневником была, кажется, несколько разочарована, ожидавши больше скабрезных подробностей, и распространялась больше о художественных достоинствах, хотя я имею смелость думать, что не в этом главный смысл моего дневника. У Венгеровых была <Поликсена?>, потом невидная нами ушедшая. После ужина, на котором были какие-то два господина, я играл «Куранты любви», кажется, не очень понравившиеся. Впрочем, это все равно, это и этот стиль есть лучшее из моей музыки, и я смею писать как хочу. Зин<аида> Аф<анасьевна>, впрочем, очень одобряла. Потом продолжали чтение до четвертого часа. Ну вот, был и у Вилькиной, ну и что же? Было тепло, Нева еще чернее от не совсем еще растаявшего снега. Когда ж я увижу Судейкина? как это томительно! но почему-то я уверен и знаю, что все будет отлично, и кончится, и будет продолжаться, но отчего теперь я так умираю? Можно ли было любя без мозгологии выдумать такую отсрочку?
Свободное копирование
