29-го ноября герцог Ришелье, с пол-дороги на Акерман, послал инженерного офицера Фестера и князя Кантакузена -- атамана Бугских казаков, потребовать сдачи города, а 30-го ноября герцог подвинулся еще на 10 верст, но тут полковник Фестер встретил его с докладом, что его ждут в крепости с большим нетерпением (Из моих записок об Аустерлицком сражении видно, что благодаря клевете гр. Буксгевдена, я попал в немилость после войны 1805 г.; я не получил дивизии в будучи свободным, я поехал в Одессу, где рассчитывал определиться к герцогу Ришелье, моему другу. Несмотря на то, что генерал Веннигсен предупреждал меня в Тульчине, я никак не ожидал войны против Наполеона и уже сделал несколько попыток быть полезным; но вместо того, чтобы быть посланным туда, я получил в Одессе приказ от императора, чтобы поступить в армию Михельсона, которому также послано приказание о принятии меня в его армию. Приказ этот был получен за 2 дня до Акерманской экспедиции, и потому я сопровождал Ришелье). [580]
Мы вошли в город в 11 ч. утра, в полном параде. Паша Таир, арнаут, магометанин, человек лет 40, казалось, был в восторге от встречи с нами (Невежество и апатия турок подтверждаются, если знать, что Таир-паша не имел ни малейшего понятия об Одессе, тогда как в течение 10 лет жил в городе, расположенном всего в 35 верстах от резиденции герцога Ришелье. Он так мало знал о наших нравах, что когда у знал, что я женат и не имею детей, то предложил мне продать ему мою жену и купить одну из его жен, чтобы иметь потомство. Он говорил совершенно серьезно. Случай этот курьезен, но вот другой, ужасный! Ночью прибегает ко мне один из его слуг, грек, бросается в ноги и умоляет спасти жизнь одной из жен паши, которая ему разонравилась и которую он велел зашить в мешок и бросить в Днестр, я побежал разбудить Ришелье, который поспешно дал мне инструкции, но... было уже поздно. Вот каковы турки!
В Акермане мы встретили старого турка, которому было 104 года авали его Мустафа-Кондур-Оглы. Он был взят в 1733 г. под Очаковом фельдмаршалом Минихом и был отослан в Петербург, откуда кн. Голицын возил его в Париж, Вену и проч. Он говорил немного по-русски, немного по-французски. После мира он вернулся в Акерман и жил в маленькой хижине, откуда его выгоняли во время войн 1769 и 1788 г.г. Вернувшись, он не поинтересовался посмотреть Одессу. Он расспрашивал нас о своих старых знакомых, лет 50 уже не существовавших, между прочим, о фельдмаршале Кейте, убитом в. 1758 г. в сражении при Дюнкирхине).
Ришелье сделал ему визит; он отдал его час спустя. Пили кофе, много курили. Комендантом города Ришелье назначил одного майора и одного плац-адъютанта. Им велели выставить наши посты и в 2 часа все было кончено.
Акерман расположен в 25 верстах от моря и от устья Днестра, на правом берегу лимана, в 7-8 верстах от самого широкого места, против которого протекает Днестр. Против Акермана, на левой стороне реки, и в 35 верстах от Одессы, русские построили, после мира, в 1791 г., крепость Овидиополь (город -- Овидия).
Эта крепость угрожала Акерману, как Тирасполь Бендерам; но ни та, ни другая, не могли принести пользы, чтобы удержать набеги татар. Для того, чтобы сохранить существование Одессы и часть Херсонской губернии, надо было взять турецкие города Бессарабии и прогнать турок с Дуная, что и было сделано.
Акерман, расположенный на возвышенном утесе, был построен генуэзцами, которые, раньше, будучи здесь хозяевами, торговали на Черном море и строили много крепостей. Укрепления Акермана выстроены в готическом стиле. Генуезцы ставили стену на стену, которые, таким образом, подымались все выше и выше; ров был [581]..[582] внимания, была большою ошибкой. Засс совершил таковую же, не взявши на себя смелости занять Измаил; хотя у него было и мало войск, но на первое время их было бы достаточно.
Болгарские разбойники были еще далеко от Измаила и, в случае их нападения, одного батальона с его драгунами, соединенных с жителями, было бы достаточно, чтобы довольно долго защищать этот город. Засс прекрасно знал, что через несколько дней он получил бы помощь. Эта бездеятельность и нерешительность Засса тем более удивительны, что этот человек был очень храбр и предприимчив на войне. Как бы то ни было, эти две ошибки двух генералов повлекли за собой гибельные последствия и им можно приписать, также как и ошибкам Милорадовича в Бухаресте, все опаздывания и отступления в этой войне, как мы это и увидим ниже.
Свободное копирование
