23 августа.
Министерство иностранных дел раскачалось: в мою честь обед в "Гранде". Присутствовали все члены правительства за исключением премьера. Он в отъезде. За хозяйку — высокая, красивая дочь премьера Мишеле, зовут ее Молли, муж — кавалерийский офицер. Обед торжественный. Шли к столу "под руку". Говорили речи. Я подчеркнула желательность развернуть вопрос о Шпицбергене "во всем его объеме", т. е. намекала на необходимость связать вопрос с нашим признанием. Рисовала перспективы развития торговли (целлюлоза, бумага), использовала покупки трески и намеченный приезд Шведчикова. Говорила о концессии Прютца. Напомнила, что в истории между Россией и Норвегией никогда не было войн. Наоборот — давняя связь поморов и финмаркенцев, язык со смешанным употреблением русских и норвежских слов и т. п.
Речь была удачна. Но Боди нашел, что я чуть форсировала ноту в вопросе о де-юре. Старалась быть особенно внимательна к Клингеру, помня, что он главный противник сближения с Россией.
Свободное копирование
