Норвегия. Мое назначение на дипработу
По пути в Норвегию
9 октября [1922 года]. Гельсингфорс.
Вот я и переехала нашу границу. Сердце мое сжалось, когда поезд, замедляя ход, проходил по мосту через реченку Сестра-река. Позади -- первая в мире республика рабочих и крестьян. Позади -- пять бешено промчавшихся грозовых лет революции, полных борьбы, напряжений и волнений, но и побед, и преодолений. Революция победила. Там, за Сестрой-рекой осталось и мое личное, большое и мучительное -- моя жизнь с Павлом.
Сейчас вокруг меня другой мир. Не наш советский. Но это хорошо, полезно, это "поможет Коллонтай выпрямиться вновь". Что я одна, совсем одна, нет ни пытливых глаз Зои, ни заботы моей секретарши, так лучше. Я купаюсь в бассейне одиночества. Только из недр собственной, а не чужой, даже любящей души, можно получить накопление новых сил для труда и борьбы на моем новом пути. А путь этот новый и немного жуткий своей неясностью.
В душе я полна большой уверенности, и глаза мои смело глядят в будущее, пока неизвестное. Но преодолевать и находить свою тропу жизни в новых условиях -- это же любопытно и захватывающе интересно.
В вагоне до Ленинграда я успела закончить статью для "Молодой гвардии". Сдала ее курьеру при нашем вагоне особого назначения. В Выборге я на платформу не вышла, наш вагон окружила финская полиция. Пограничные и таможенные власти Финляндии вели себя вполне корректно, не было никаких неприятностей, как мне предсказывали. Ведь между нами и Финляндией заключено уже соглашение, и мы де-факто с Финляндией в мирно-соседских отношениях.
В Гельсингфорсе меня встретили сотрудники советского полпредства. Сам посланник -- или полпред, по советской терминологии, -- тов. Черных в отъезде по делам. Поместили меня в доме советского полпредства -- огромное пятиэтажное здание, в вестибюле наша охрана, а на панели перед домом финская полиция. Охраняет ли нас или следит за нами?
Мне отвели очаровательную гостевую комнату, светлую, опрятную и теплую. Огромная изразцовая печь топится с утра, и в комнате пахнет смолой и чистотой. Позавтракала в общей столовой полпредства. Тоже образцовая чистота, не курят и как-то непривычно тихо -- говорят вполголоса, прислуживают финские девушки в белых передничках.
Договорились с секретарем о моем докладе вечером. Тоскуют по Москве, хотят услышать свежие новости. Но я взялась рассказать только об успехах женского движения у нас и в странах Коминтерна.
День светлый, осенний, бодрящий. Хочу пройтись по городу, пока светло. От сопровождения меня нашей охраной отказалась.
Свободное копирование
