Уже в марте 1993 г. мы с первой группой сотрудников вылетели в Корею. Часть набранной команды работала в тот момент на МНПО "Союз" и имела форму допуска. Как они проскользнули через паспортные процедуры, мне остается только догадываться. По возвращении я пришел доложиться к зам. Директора по режиму моего последнего места работы в госструктуре, так как нужно было заполнять очередное заявление на загранпаспорт. На мою фразу "Есть ли вопросы по поездке?" начальник ответил "Я в курсе, вопросов нет, молодцы". Как стало ясно, в выезжавшей группе были два информатора. Потом сорока на хвосте принесла, что тогдашний руководитель МНПО "Союз" нажаловался по этому вопросу в ходе совещания у премьер-министра. Тот спокойно приказал подчиненным разобраться и наказать директора, который не смог организовать защиту своих конфиденциальных данных.
Перед поездкой мы провели инструктаж коллектива, взяли с собой в качестве интеллектуальной собственности только ВУЗовские учебники. Их корейцы немедленно перевели и размножили для своих сотрудников. Оказалось, что наши учебники существенно более полезны, чем иностранные. Выкладки доведены до решения практических задач. В части обучения нам понравилась корейская система, когда дорогие зарубежные книги (профессиональная литература стоила от 100$ США за книгу) либо переводили на корейский язык, либо просто ксерокопировали для продажи с надписью на обложке "не использовать вне Республики Корея". Стоили такие издания вдесятеро дешевле и были доступны желающим для учебы. Мы жили около университета и спокойно могли заходить в читальный зал с правом доступа к любой литературе, выносить из библиотеки книги не разрешалось.
На первые три месяца нас поселили в промышленном центре Чангвон на юге страны, рядом с заводами "Самсунга". Потом команду перевезли в только что отстроенный район университетского центра Тэджон примерно в геометрической середине Кореи, полуострова 400 км в длину и 200 км в ширину. Я как руководитель жил вдвоем с коллегой на 17 этаже в квартире площадью 150 кв. м. Работали мы в помещениях R&D центра "Самсунг". С утра пораньше к 6 часам нас привозили на площадку, мы завтракали и далее трудились до 16 час с обедом и ужином. Корейцы считали, что раннее начало работ оставляет больше свободного личного времени. По субботам они работали полдня на благо страны (формально без оплаты). По выходным нас возили на разные прогулки, экскурсии, к морю искупаться и др. Также в Тэджоне в том году проводилась всемирная выставка "Экспо-93". Мероприятие периодически кочует по разным странам с целью пропаганды технологического развития человечества. Очередная выставка запланирована в 2023 г. в Буэнос-Айресе.
Работа с корейцами протекала достаточно насыщенно. Рабочий день начинался с пения гимна "Самсунга". Затем менеджеры (примерно треть от числа сотрудников фирмы) излагали базовый план на день, мы вносили предложения и далее работали. Выполнялся принцип ежедневных улучшений работы компании, в коридорах висели почтовые ящики для сбора различных предложений. Все решения по ходу проектирования и результаты технических обсуждений протоколировались. К каждому из наших сотрудников был прикреплен обучаемый кореец. Я дополнительно читал лекции по проектированию газовых турбин на английском языке. Несмотря на относительную свободу, нас старательно оберегали от внешних источников технической информации. В планы корейцев входило только изучение "российских" подходов к проектированию. Во время выходных экскурсий удалось приобрести классический трехтомный труд "Справочник по газовым турбинам" под редакцией Д.Сойера, который я параллельно с удовольствием изучал. Особенно ценным для нас был том, посвященный конвертации авиационных газотурбинных двигателей в наземные установки с описанием опыта таких компаний как "Rolls Royce" и "General Electric". Там были описаны существенные отличия от отечественной практики СНТК им. Кузнецова и Пермского "Авиадвигателя". Позже в России мы использовали полученные сведения в работе НПО "Турбина".
В ходе исполнения контракта корейцы раскрыли нам любопытные сведения. Оказалось, что первоначально они вели переговоры об организации данной работы по передаче технологий с Британской NPT. Когда же выяснилось, что из-за предстоящего банкротства компанию контрактовать нельзя, корейцы вместе с владельцем NPT стали обсуждать варианты. R. Noel Penny порекомендовал рассмотреть российскую мобильную, грамотную и недорогую компанию, в результате чего мы оказались в Республике Корея. Хотя дележ мирового рынка с NPT не состоялся, однако по их рекомендации мы приобрели ценный азиатский опыт, пересекли континенты. В контракте было условие, что при своевременном завершении работ по каждой из двух плановых тем мы получали дополнительные бонусы. Так как в нашем коллективе сотрудники ранее работали вместе, все трудились с удовольствием. Планы исполнялись четко и вовремя, обсуждения шли в деловом ключе, сложные решения принимали посредством "мозговых штурмов", в ходу был параллельный инжиниринг.
Свободное копирование
