Наутро встали рано. В маленькие оконца заглядывала темнота, было тихо и только предвестники рассвета, петухи, оглашали окрестность своим криком. Сборы были недолгими и вскоре все беглецы сидели на лавках, готовые отправиться в путь. Хозяйка предложила перекусить, но Иван Иванович отказался, сославшись на сытый ужин. Тогда она вышла на несколько минут и вернулась, неся в руках два увесистых куска соленого сала. Один кусок она протянула Дарье и сказала, что это им в дорогу. Другой кусок, завернув в чистое холщевое полотенце, попросила передать сыну и сказать, что это гостинец от матери. Гости встали, Иван Иванович, с поклоном, поблагодарил хозяев за радушный прием, за помощь и дорогой подарок и спросил, не смогли бы они дать еще немного хлеба, за который он готов заплатить. Хозяин промолчал, а хозяйка замахала руками, сняла с полки большой каравай и протянула его Ивану. Все еще раз низко поклонились и вышли на улицу.
К вечеру показалась станция Узловая. Взрослые и ребятишки устали до смерти, но были очень довольны концом долгого пути. На вокзале столпотворение. Масса людей ходила, лежала, сидела и просто мыкалась из конца в конец длинного перрона. По путям сновали маленькие паровозики, развозя вагоны. Стояло несколько готовых к отправке товарных составов и всех очень интересовало, куда они пойдут. Некоторые бесшабашные головы, а может быть просто отчаявшиеся люди, нахально лезли на тормозные площадки и даже забирались на крыши, но кондукторы и железнодорожная охрана безжалостно сбрасывали их с вагонов, уводя самых бойких в кутузку. Иван Иванович с Дарьей выбрали место около стены вокзала, попросили подвинуться соседей, усадили детей и присели сами. Через некоторое время, немного отдохнув, Иван встал и, приказав никому никуда не уходить, пошел на разведку. С ним увязался и маленький Ванюшка. Рядом с вокзалом стоял кирпичный домик с широкими дверями, а над ним большими буквами было написано ’’Багажное отделение’’. На дверях висел огромный замок - и ни души кругом. Только одна дородная баба, обшарпанной метлой, лениво сметала в кучу мусор. Иван Иванович подошел к ней, поздоровался и спросил, не знает ли она где можно найти Николая Тихоновича Токарева. Та подняла голову, посмотрела на него, словно не поняв вопроса, и вновь принялась мести землю.
- Николая Тихоновича где найти? - повторил вопрос Иван.
Она бросила мести, опять посмотрела и ответила:
-Ты меня спрашиваешь?
- А кого же мне еще спрашивать, если кроме тебя здесь никого нет?
- Тебе кого? Кольку?
- Да, Кольку!
- Так его нет!
- А где его можно найти?
- Где же, если не дома!
- А он что, не работает?
- А что тут работать, если багажу нет и поездов нету. Приходи завтра утром, может поезд придет, аль багаж появится!
И она вновь принялась лениво сметать мусор. Пришлось вернуться и усесться рядом со своими. Слева о них сидел мужчина средних лет, худой и в каких - то лохмотьях. На коленях у него лежала грязная тощая котомка, на которой покоились такие же грязные, давно не мытые руки. Голова была опущена на грудь, лицо, заросшее щетиной, ничего не выражало, а глаза тупо глядели вдаль. Справа расположилась большая семья. Все сидели смирно, и казалось, что они замерли в своих позах давно и надолго. Только двое мужчин, похожих друг на друга, видимо братья, о чем-то тихо беседовали. Иван достал из кармана трубку, набил её оставшейся махоркой и закурил.
- Мужики, не желаете закурить?- обратился он к соседям, протягивая кисет.
- Оно, конечно, можно, да вот бумажки нет,- ответил один из них.
- У меня нет тоже, а вот табачком, угостить могу. А давно вы здесь сидите?
- Да, почитай, вторую неделю,- проговорил тот, который выглядел постарше.
- А что так? Поездов нет?
-Поезда есть, как им не быть, да вот билетов не достать. Дадут билетов десять и амба, а что на такую толпу десять билетов? Нам только одним нужно двенадцать, так что не знаем, что и делать.
Дарья, тем временем, достала узелок с продуктами и принялась резать хлеб и сало на маленькие кусочки, попросив Ивана сходить за водой. Поужинав, они примостились спать, прижавшись друг к другу. В здание вокзала Иван Иванович входить запретил, боясь что можно подхватить заразу среди набитого в зале люда. Благо стояли тёплые ночи, и можно было хорошо выспаться на свежем воздухе.
Свободное копирование
