…На несколько дней я совершенно отошёл от рощинского дела. Отвлекали другие, новые заботы. Следователь не беспокоил ни звонками, ни посещениями.
Как-то я заехал по делам в райотдел милиции и, встретив Бутова, поинтересовался делом о хищении в рощинском магазине.
— Не знаю, Захар Петрович, кажется, на той же стадии. Впрочем, появился на примете один работник совхоза. Проверяю. Вот прояснится, доложу.
— Вы будете у себя? — спросил я. Меня заинтересовало это сообщение.
— Буду, — с не очень большой охотой отозвался лейтенант.
— Через полчаса я загляну.
Уточнив с майором вопросы, ради которых я был в милиции, я зашёл в кабинет следователя. Бутов беседовал с какой-то женщиной. Он тут же её отпустил, и мы остались одни.
— У супруга продавщицы, — начал Бутов, — есть приятель — не приятель, собутыльник — не собутыльник, короче — знакомый. Работает в совхозе слесарем. Кропотин его фамилия. Золотые руки. Кому мясорубку починит, кому чайник запаяет, деталь от мотоцикла выточит. Брался и ключи делать. У него целая связка разных. Остаётся подобрать подходящий. Ну, и подпилить немного, подправить…
— Давно он живёт в Рощине?
— Года три. Одинокий. Точнее, разведённый. Семья у него в другом районе, платит алименты на двоих детей. Ни с кем особенно не сходится.
Бутов замолчал, задумчиво чиркая что-то на листочке бумаги.
— Делает ключи, говорите? Ну и что?
— Был он у Парабуков накануне. В воскресенье. Муж продавщицы вместе с ним печь перекладывал в доме. Управились к вечеру. Как в таких случаях водится, — надо посидеть. А хозяйка задерживается. Раз муж пошёл в магазин. Она говорит, что ждёт инкассатора. Второй раз позвал её. Она заперла магазин и пришла, организовала стол. Парабук говорит, что он сказал Кропотину насчёт инкассатора. Подожди, мол, Аня сдаст деньги и придёт, потому что Кропотин якобы уже хотел уйти. Но Кропотин уверяет, что об инкассаторе и речи не было.
— Вы, значит, говорили с ним?
— Беседовал.
— Ну и какое впечатление?
— Путается или молчит.
— А как супруги считают?
— Продавщица прямо заявила: у неё ни на кого подозрений нет. Говорит, не хочет понапраслину возводить. А муж её дал странную характеристику слесарю: приглашают его, мол, в селе для разных домашних поделок, подносят за труд, а в общем недолюбливают.
— За что?
— Недолюбливают, и все. Деревенским не нравится, что Кропотин сам сторонится людей. Таким образом, что получается: Кропотин умеет подделывать ключи, стеснён из-за алиментов в средствах…
— А левые заработки?
— Что в деревне заработаешь? Выставят выпивку, да и то не всегда покупную… И последнее — слесарь знал, что в тот вечер инкассатор не приехал и выручка осталась в магазине.
— Будем выражаться точнее — мог знать.
— Хорошо, — улыбнулся Бутов, — мог знать.
— Как поздно он ушёл от Парабуков?
— Засветло.
— А как с ключами?
— Тут два варианта: или заготовил их заранее, или сделал в тот же вечер…
— Сложно, Сергей Сергеевич. Он раньше бывал у продавщицы дома?
— Был. Чинил насос для колодца.
— Задолго до хищения денег?
— Весной.
— Давненько.
— Я сам чувствую, что с ключами сложно, — кивнул Бутов. — Но вполне возможно. Я интересовался: для того, чтобы подобрать и выточить ключ, хорошему слесарю времени нужно немного. С полчаса. Для этого надо иметь только образец или слепок.
— Вы думаете, он снял слепок?
— Не знаю…
— Вы говорите, Кропотин утверждает, что не слышал об инкассаторе?
— Да.
— А Парабук уверяет, что говорил об этом?
— Вот именно. И сынишка их помнит разговор об инкассаторе. Он тоже находился в комнате.
— Странная забывчивость у Кропотина.
— Подозрительная.
— Насколько я понимаю, вы сейчас занимаетесь этой версией?
— Да. Но все равно я больше склонен думать, что инсценировка…
— Первая любовь не ржавеет, — улыбнулся я.
— Интуиция. Но, чтобы совесть была спокойна, проверю и Кропотина. Если уж не он, то одна дорожка — Парабук. Я ведь, кажется, все село перешерстил.
— В том числе и сына продавщицы?
— Конечно, Захар Петрович. В школе даже был.
— Ну-ну?
— Учится он не очень хорошо, но грешков вроде воровства или сомнительных товарищей за ним не имеется. Хотя у них в школе не все благополучно. Несколько учеников восьмого класса летом занимались мелкими кражами на дачах. И ещё одна деталь: он ходит в школу в соседний посёлок Житный, в десятилетку. Километров шесть от Рощина. При школе буфет. Но мать денег не даёт, чтобы не приучать к ним, так он стреляет пятаки на булочки у одноклассников. Укради он деньги в магазине, уж наверняка не удержался бы от «кутежа». Как вы считаете?
— Ну что же, хорошо, что вы побывали и в школе…
Я поднялся уходить. На прощанье попросил Сергея Сергеевича все-таки держать меня в курсе дела. Новые обстоятельства, вскрытые им, могли повлечь за собой неожиданности в расследовании.