В пещерах Урала и Приморья - 9

В пещерах Партизанской долины

Уссурийский край — Приморье, таинственные хребты Сихотэ-Алиня — влекли меня еще в детстве, с тех пор как были прочитаны книги Н. М. Пржевальского, Н. А. Байкова и К. А. Арсеньева.

Сопки, маньчжурская и уссурийская тайга, непроходимые дебри, могучие кедры и ильмы, скалы, увитые диким виноградом, журчащие горные потоки, огромные кабаны и коварные тигры, бронзовые фазаны — все это будоражило воображение, увлекало своей дикой неизведанной прелестью. Однако, только будучи уже студентом, мне удалось впервые побывать на самом юге Приморья и прожить несколько солнечных дней на берегах бухты Витязь и бухты Горшкова, охотясь на нерп, косуль и пантачей пятнистых оленей.

В 20-х годах здесь, на полуострове Гамов мыс, группой пионеров-энтузиастов Приморья было организовано первое артельное промысловое хозяйство по разведению пятнистых оленей. Полуостров был перегорожен металлической сеткой, высотой в 4 м и длиной в 14 км. Хозяйство с 2000 оленей нужно было охранять от браконьеров и от хищников — волков и тогда еще нередких барсов и даже тигров. Двухнедельное пребывание там в гостях у артельщиков и пантовка оставили памятные впечатления на всю жизнь.

* * *

Пещерами Приморья, их палеонтологическим исследованием мне удалось заняться вплотную только в 60-х годах. Уссурийский край, как его раньше называли, это мечта каждого биогеографа. На основе анализа современных ареалов видов создано немало гипотез о путях формирования его флоры и фауны. Странная смесь тропических, северных и реликтовых животных и растений объяснялась спекулятивно и просто. В условиях сравнительно теплого климата, разнообразного рельефа и влияний прилегающих с севера, запада и юга участков сибирской, монгольской и китайской фаун и флор мозаичность здешних биоценозов казалась естественной. Не было только документальных — палеонтологических — фактов, подтверждающих гипотезы зоогеографов.

Эти факты пришли довольно неожиданно из долины Сучана. Владивостокский любитель-краевед Е. Г. Лешок увлекся в 60-х годах поисками и исследованием пещер. Получая о них сведения от местных жителей, Ефрем Гаврилович неизменно залезал сам в каждую обнаруженную щель, прокладывая себе путь лопаткой и кайлушкой, тщательно собирая при этом находимые кости и артефакты.

Так, им была открыта и впервые обследована небольшая пещерка близ села Екатериновка в известняковом массиве правого борта Сучанской долины. Отсюда до берега моря и порта Находка было всего 15 км и 200 км по шоссе до Владивостока. Расчищая отложения днища и замытые ниши стен, неутомимый краевед вскоре набрал сотни две тяжелых обломков трубчатых костей, зубов и челюстей каких-то крупных зверей. Переправив эти первые сборы в Приморский филиал Географического общества во Владивосток, Лешок рассказал о своих находках председателю Филиала профессору А. И. Куренцову. Выдающийся дальневосточный энтомолог, краевед и зоогеограф Алексей Иванович сразу же понял научную ценность этих сборов и вскоре отослал их на определение мне в Ленинград.

Уже беглый просмотр присланных костей показал их большую ценность для науки. Там были плечевые кости огромных бизонов, два зуба мамонта, массивные кости ног лошадей, обломки рогов оленей и лосей, обломки челюстей волков и пещерных гиен. Наиболее интересным при этом оказался тот факт, что многие кости были явно погрызены хищниками и грызунами, а перед этим разбиты искусственно в эпоху каменного века. Следовательно, пещера была обитаема палеолитическим человеком! Все это и послужило причиной для моего появления в долине Сучана летом 1967 г. в сопровождении Ефрема Лешка и группы студентов Политехнического института Владивостока — будущих спелеологов.