В аэропорту "Бен - Гурион" нас встретили очень торжественно. Играла музыка, школьники преподнесли нам цветы, среди встречающих был Президент Израиля Хаим Герцог. Он обратился к прибывшим с приветственной речью и сказал, что с нашим рейсом прилетело более четырёхсот новых репатриантов (на иврите: олим ходашим). "Это рекордное число за один рейс", - сказал глава государства.
Названный рекорд позволил нам провести несколько лишних часов в очереди на оформление документов.
"Здравствуй, Лора"! - перед нами неожиданно появился худощавый загорелый мужчина.
"Гриша, как ты сюда попал"? - удивилась моя жена.
Дело в том, что зал оформления документов новых репатриантов находился, так сказать, на зарубежной территории, то есть до линии таможенного контроля и естественно туда никого не впускали. Репатрианты могли выйти отсюда только после оформления соответствующих документов.
- Я тут ремонтирую полы, - после церемонии знакомства со мной и Женей, ответил Гриша. - Мне Рита рассказывала, что вы собираетесь в наши края.
Это был муж той самой гостьи из Израиля, что в Москве выкроила время для встречи с нами.
- Внизу вас ждут Яша, Галя и Нюма, - сообщил он. (Нюма с семьёй приехал на неделю раньше нас).
Гриша вручил нам пакет со сладостями, сказал, чтобы мы им звонили и приезжали в гости и удалился.
"Я ведь всё-таки на работе", - заметил он на прощанье.
К часам трём нас пригласили на собеседование и оформление документов. Когда меня спросили фамилию, я ответил, произнеся первое "о" с московским выговором, что-то среднее между "а" и "о". Мне записали вместо Сокольский - Сакольский, таким образом, несколько приблизив её к нашей дореволюционной фамилии Сакальский. В то время читать на иврите я не умел и заметить ошибку конечно не мог.
Нам выдали документы, тысячу шекелей на первые расходы и квитанцию об оплате такси, которое должно было доставить нас со всеми вещами в город Реховот, где жил Лорин брат.
Внизу мы попали в объятия Лориного брата Яши, его жены Гали и её брата Нюмы. Расцеловавшись, мы сели в такси и впервые поехали по земле Израиля, по стране, о которой мечтали евреи галута в течение двух тысяч лет. В ушах звучали "Под небом голубым", "Ирушалаем шель заав", - песни, которые мы слушали в Москве, затаив дыхание.
Марксистко-ленинская философия учит, что бытиё опережает сознание. Так и мы, прибыв в Израиль, ещё полностью не осознали, что находимся здесь, на "Святой Земле", в "Колыбели трёх религий", как называют эту страну доброжелательно к ней расположенные печатные источники.
В советских средствах массовой информации, вопреки мнению граждан, покидающих страну и им сочувствующих, ещё появлялись определения Израиля как "зарвавшегося агрессора", "бессовестного оккупанта" и тому подобное. Более или мене думающие люди не придавали большого значения таким эпитетам, понимая, что это официальная пропаганда.
В Советском Союзе была широко распространена практика лицемерия: на официальных собраниях или в широком кругу люди выражали "своё мнение", соответствующее официальной политике коммунистической партии и подконтрольного ей правительства, а в узкой компании часто говорили прямо противоположное. Теперь это осталось всё в прошлом, и мы с оптимизмом двинулись навстречу с новой жизнью.
Свободное копирование
