Листая время - 31

Глава 8

 В одной из квартир второго этажа жил заместитель директора института Исаев Серафим Иванович с женой и пятью детьми. В квартире у них всегда был бардак и никто не запрещал "ходить на головах".

 Одна из их дочерей была моя ровесница. Когда нам надоедало "беситься", мы уходили к нам смотреть диафильмы или убегали в городской парк качаться на качелях.

 Вскоре Исаевы уехали в другой город и в их квартиру въехал новый директор института Давыдов Евгений Николаевич с женой Галиной Александровной, её матерью Лидией Павловной, оказавшейся долгожителем, она прожила больше ста лет и сыном Виктором, он был на год старше моей сестры.

 Это была потомственная интеллигентная семья. Им очень нравилась Вера и они думали, что у них что-нибудь получится с Виктором. Но после десятого класса сестра уехала в Иваново к бабушке с дедушкой и поступила там в энергетический институт.

 Давыдовы стали большими друзьями с моими родителями, все события и праздники отмечали в одной компании.

 Когда в Барнауле открыли краевой телецентр, вещавший два или три часа в день, (принимать передачи центрального телевидения тогда не позволяли технические возможности), Давыдовы первыми в доме приобрели телевизор.

 Пока у нас не было своего голубого экрана, они часто приглашали нас воспользоваться вместе с ними этими удивительными плодами осуществлённой фантастики.

 Галина Александровна, Лидия Павловна, мама и я с серьёзным видом рассаживались перед деревянной коробкой и целеустремлённо направляли свои взоры на её маленький экранчик. Тогда возможность, не выходя из квартиры, смотреть кинофильм, концерт или слушать новостные передачи, видя фрагменты событий и комментирующего их диктора, казалось необыкновенным чудом.

 В 1952 году, когда в стране культивировался антисемитизм и евреев увольняли с работы или, в лучшем случае, снимали с должности, Евгений Николаевич сумел отстоять папу, он в то время был деканом факультета. А в 1957 году ходатайствовал перед министерством о назначении папы Заместителем директора (проректором) по научной работе и добился утверждения его на эту должность.

 Когда у меня родился сын, то папа попросил назвать его Евгением.

 Произошли изменения и в другой квартире. Туда, где жила Света, вселился новый заведующий отделом крайкома по агитации и пропаганде Трушин Василий Иванович с женой Анной Семёновной и сыном Шуриком. Шурик был на год младше меня, но мы с ним сдружились и эта дружба продолжалась более десяти лет до отъезда их семьи из Барнаула.

 Василий Иванович был демобилизован в звании капитана, имел ранение в ногу и немного прихрамывал. Его жена, как я теперь понимаю, судя по внешности, возможно, была еврейкой, она очень поощряла нашу дружбу с Шуриком и дружила с мамой.

 В те годы телевидения ещё не было и "самым массовым искусством для народа", - как говорил классик марксизма-ленинизма, было кино. Билеты на хороший или новый кинофильм достать было очень трудно, на некоторые фильмы с раннего утра выстраивались многочасовые очереди в кассу.

 Для Шурки билетной проблемы не существовало.

 Так как отдел его отца курировал Управление культуры, которому подчинялись все кинотеатры, то Шурка смело подходил к окошку администратора, любого кинотеатра и говорил: "Я сын Трушина, мне нужно два билета" и билеты всегда находились.

 Особенно полюбившиеся фильмы, такие как "Тарзан" или "Бродяга" мы смотрели по много раз.

 В то время было модно транслировать наиболее популярные фильмы через усилители на улицу. Так как мы жили недалеко от центрального кинотеатра, то можно было, открыв окна или выйдя во двор, слушать ставшие популярными песни из "Свадьбы с приданным" на колхозную тему: "Я работаю отлично, премирован много раз. Только в жизни моей личной не хватает очень Вас". Эти строки вошли в быт и стали фольклором

 Особенно очаровывали меня песни Лолиты Торез из аргентинского фильма "Возраст Любви", который я посмотрел первый раз в Горно-Алтайске, куда мы заехали с папой во время небольшой поездки по Горному Алтаю. Там необыкновенно красивые места особенно Чемал и Телецкое озеро, всем известный Чуйский тракт, о котором сложена, быстро ставшая популярной в тех местах, песня: "Есть по Чуйскому тракту дорога. Много ездит по ней шоферов...".

 Один из дней, что мы были в этом экзотическом крае, с точки зрения здравого смысла, я использовал крайне нерационально.

 На плодовоягодной станции, где мы ночевали, мне попался на глаза роман Драйзера "Джени Герхард". Я начал читать его и не мог оторваться до позднего вечера, пока не дочитал до конца и не узнал, как сложилась судьба этой молодой женщины.

 Через много лет, будучи взрослым, я решил перечитать этот роман и не смог дочитать до середины, он мне показался довольно примитивным. Всему своё время.

 Вернувшись в Барнаул, я первым делом пошёл в кино, чтобы ещё раз посмотреть "Возраст любви", послушать чудесное пение Лолиты Торез - изящной красавицы с удивительно тонкой талией. Было невозможно не влюбиться в эту девушку.

 Чтобы научиться играть полюбившиеся песни из этого фильма я записался в кружок народных инструментов.

 У нас дома была мандолина, на которой играл папа, у него в отличие от меня был хороший слух и он очень быстро подбирал понравившиеся ему песни, особенно он любил старинные романсы.

 Первыми музыкальными произведениями, исполненными мною были знаменитые "Во саду ли в огороде девушка гуляла..." и "Чижик-пыжик, где ты был?..", затем я разучил более серьёзное произведение - "Живёт моя отрада в высоком терему..." и, наконец, добрался до "Фадо-фадильо..." - песни из кинофильма "Возраст любви".

 Вскоре увлечение шахматами взяло вверх над занятиями музыкой и моя исполнительская деятельность постепенно сошла на нет.

 Примерно через тридцать лет мне представилась возможность попасть на концерт Лолиты Торез в Московском театре эстрады. Каково же было моё удивление, когда на сцену вышла очень полная женщина с довольно узкими глазами. В фильме у неё были огромные, излучающие лукавство, красивые глаза.

 Она рассказала, что в двадцать семь лет вышла замуж и родила пятерых детей. Это естественно повлияло на её фигуру, сделал своё дело и возраст. Но голос у неё сохранился и пела она хорошо.

 После посещения этого концерта у меня одной иллюзией стало меньше.