Фото: Конец 1954 года — у меня появился кок на голове и оранжевый галстук как результат борьбы комсомольцев
Я сразу захотел лично своими глазами увидеть Валентина Тихоненко. Я знал: он обязательно должен быть там. И я не ошибся, но только он ходил по другой, малолюдной стороне улицы. На Броде толпа зевак после газетной публикации ему бы не дала проходу. Там он медленно прогуливался всегда в сопровождении своих друзей, и это был настоящий КОРОЛЬ БРОДА и его свита играла короля. Даже походка у него была какая-то совершенно необычная: он не переставлял ноги, как все люди, а с каким-то выхлестом выбрасывал их вперед. Он шел С ГОРДО ПОДНЯТОЙ ГОЛОВОЙ, не пряча ее в плечи, что еще больше подчеркивал кок на голове. Это было очень необычно: я впервые в жизни увидел не напуганного и приниженного советского человека, а человека, который гордо плыл над серой толпой. Это был откровенный вызов Советской системе.
Комсомольские патрули, которые ходили тогда по улицам города, объявили стилягам настоящую войну: они стригли их наголо, обрезали галстуки и рвали им брюки и пиджаки, отнимали джазовые пластинки. Был у патрулей и четкий критерий, кого подвергать наказанию. Однажды на пути таких идейных комсомольцев встретился мой одноклассник Юрий Вдовин. Они завели его в парадную и сказали: «Сейчас мы узнаем, стиляга ты или нет. Давай снимай свои брюки, не снимая ботинок. Если сможешь снять, ты наш человек, а если нет, то ты — стиляга». Брюки Вдовина через ботинки не снимались, так как были слишком узкими, и комсомольцы разодрали ему обе штанины снизу доверху. Он не знал, как в таком виде добраться до дома.
Им было все дозволено, но так они только увеличивали число противников тоталитарной власти черни. Ну, а я с другом Маратом свободными вечерами как тень ходил за Валентином Тихоненко по другой стороне улицы, пытаясь подражать его неповторимой походке. Мне было 16 лет. Тогда у меня впервые появилась ЛЮБОВЬ К СВОБОДЕ, А ЭТА ЛЮБОВЬ НЕ ПРОХОДИТ НИКОГДА.
Я забыл имена и фамилии многих своих одноклассников, большинства сокурсников и даже соседей по коммунальной квартире не всех помню, а вот имя этого человека запомнил на всю жизнь, потому что он и меня сделал человеком. Так одни люди бесследно исчезают, а другие УХОДЯТ В БЕССМЕРТИЕ.