* * *
Рядовой вызов на температуру. Ребенку четыре года. 39,5. Бледный, вялый. Одышка. Кашель с мокротой, в легких разнокалиберные хрипы и отчетливо определяется при прослушивании и при простукивании граница "молчания". На вдохе слегка втягиваются межреберные промежутки. С высокой вероятностью - пневмония. Госпитализация без вариантов. Причем надо спешить. У маленьких детей патологические прцессы разворачиваются со скоростью лесного пожара. "Заплохеть" может в течении нескольких минут.
- Собирайтесь, поедем в больницу. Ребенка нужно обследовать и лечить в стационаре.
- Нет. Мы никуда не поедем.
- ... Почему?
- Сделайте ему укол от высокой температуры и достаточно.
- Недостаточно! У него воспаление легких, уже есть признаки дыхательной недостаточности, нужны антибиотики, бронхолитики, нужно капать, нужен кислород, нужен контроль рентгеном. Нужна интенсивная терапия в специальной палате, под монитором и постоянным присутствием врача
- Нет.
- ... Что значит нет?!
- Господь поможет! Мы будем молиться. Все вместе.
- ...?!
- Мы - Баптисты. Нам Господь запрещает...
- Что запрещает?! Лечить детей??
- Апостол Иаков пишет: "Болен ли кто из вас? Пусть призовет пресвитеров Церкви, и пусть помолятся над ним, помазавши его елеем во имя Господне, и молитва веры исцелит болящего, и восставит его Господь; и если он соделал грехи, простятся ему ".
- Вы знаете, если бы это касалось вас, взрослых - проблем нет. Пишите отказ от госпитализации и лечитесь как вам хочется. Но когда касается ребенка, тут иные правила. У него состояние, угрожающее жизни и я его должен доставить в стационар.
- Нет. Господь исцелит. Молитва поможет.
- ...??!
... Наверное я поступаю в таких ситуациях неправильно. Законы, подзаконные акты, свобода вероисповедания, конституционные права и прочее. Это все понятно и должно быть. Но есть ситуации, когда надо действовать быстро и по оптимальному алгоритму. На кону - жизнь. В данном случае жизнь ребенка. Ну не должны дети платить жизнью за идиотизм взрослых. Наверное на моем лице возникло легко читаемое предсказание судьбы присутствующих. Мамаша изобразила желание взять ребенка на руки, бородатое лицо папаши выражало глубокое сомнение в божьей помощи в случае силового решения вопроса. Еще несколько детей тянули шейки в дверном проеме, стараясь разглядеть нового человека. Сдерживая рычание, чтобы не напугать детей, четко и размеренно говорю:
- Мамаша, собирайтесь. Едем. С вами или без вас. Три минуты на сборы. Попробуете остановить - вызову милицию и обвиню вас в попытке детоубийства. Все равно уйду с ребенком. Время пошло.
Подтягиваю к себе телефон и звоню старшему врачу. Во-первых экстренная госпитализация, во-вторых конфликтная ситуация. Богомольцы мечутся вокруг, что-то голосят, но инициатива уже потеряна. К ребенку я их подпускать не собираюсь. Заворачиваю его в одеялко, тот лежит тихо как мышка, и, как ледокол, иду на выход. Папаша, поняв, что по другому не будет, подхватывает мой чемодан и семенит следом. Довезли. Передал в детское пульмонологическое отделение. Написал пространное объяснение своих действий в карте вызова. Была жалоба. Но без последствий. Ребенок, после стационарного лечения вернется в эту семью. Разумеется. И что? Ждем следующего номера на рулетке? Повезет - не повезет? Вывезет - не вывезет?
Свободное копирование
