Сражение у Цепного моста
Осенью 1918 г. волнение в массах достигло такой степени, что в любую минуту можно было ожидать взрыва. Множество солдат, бежавших с фронта, и их семьи, толпы обнищавших людей, ждали только сигнала, чтобы начать революционное восстание. Но такого сигнала не было. Руководство Социал-демократической партии само боялось начать подобную акцию.
Во второй половине октября, без какого-либо плана и организации, на улицах постоянно находились толпы людей. Так было и 28 октября. Помню, что перед толпой выступал Михай Каройи. И вдруг пронесся сигнал: "Пошли в крепость!"
Солдаты, жандармы и полиция уже перекрыли у Цепного моста путь в Буду. Рядом с Редутом стоял военный кордон. Тогда я и еще несколько офицеров приблизились к кордону с возгласами: "Ребята, не стреляйте, это мирные люди, они не хотят ничего плохого".
Солдаты отступили, они не посмели стрелять в офицеров, а напиравшая сзади толпа смела солдат и освободила путь к Цепному мосту.
Прорвавшая кордон толпа с криками побежала к Цепному мосту, и тут вдруг жандармы открыли огонь. Часть толпы, услышав выстрелы, бросилась бежать назад, я столкнулся с солдатом без одной ноги, мы с ним стали кричать: "Не бегите, они стреляют холостыми снарядами". Я кричал это, потому что даже подумать не мог, что в такие дни посмеют стрелять по мирным демонстрантам. Но когда я увидел, что многие остались лежать на земле, то мы, я и одноногий солдат, тоже повернули назад. Любопытно, что жандармы, дав одну очередь, больше не стреляли. В газетах писали, что при этом было трое убитых и множество раненых.
После сражения при Цепном мосту - 30 октября - на итальянский фронт был направлен маршевый батальон. Батальон шел по улице Ракоци к Восточному вокзалу, сопровождаемый огромной толпой, кричавшей: "Не идите на фронт, ни давайте себя убить, хватит воевать!" Среди кричавших был и я в форме артиллерийского офицера, меня окружила большая группа солдат. Я закричал им: "Бросайте оружие и идите по домам!". Но солдаты не посмели послушаться без приказа командира. Командир одной роты, который шел во главе своего отряда с саблей наголо, тихо сказал мне: "Отберите у меня саблю силой". Что немедленно было сделано, после чего мужчины, женщины, дети, находившиеся в толпе, и прежде всего провожавшие солдат родственники, бросились к ним и стали их обнимать. Я крикнул солдатам: "Кругом! Марш назад!". Ряды солдат смешались, окружавшие меня бывшие фронтовики немедленно вооружились, солдаты батальона без сопротивления отдавали им свое оружие. Кто-то закричал: "Ребята, айда за Лукачичем!". Я пошел с теми, кто направился в сторону квартиры Лукачича на Йожеф кёрут. Что было потом с другой частью батальона, не знаю.
Этот бравый генерал, который такой смело расстреливал бежавших с фронта солдат, теперь сам трусливо скрылся. Только через несколько дней мы узнали, что он сбежал из своей квартиры в гостиницу "Астория", где попросил защиты у Национального совета. Так, в ночь на 30 октября произошла революция Каройи.
О дальнейшей судьбе Лукачича мне не известно, но когда я бываю на кладбище на могиле "павшего смертью героя" моего брата Дежё, я всегда прохожу мимо семейного памятника генерал-лейтенанта Гезы Лукачича.
Свободное копирование
