Детство и отрочество
У меня рано возникло представление о собственном микромире, в котором я мог реализовать свои детские устремления. Однако в тесном родительском доме наши с братом интересы часто пересекались. Брат мешал моим играм, портил мои книги, картинки, увязывался за мной, если я куда-нибудь отправлялся. Я видел в нем разрушителя моего микромира. Когда брат подрос и стал общаться с детьми своего возраста, конфликтность наших отношений уменьшилась, но антагонизм сохранялся еще долгое время.
Будучи первым внуком у моих прародителей, я был окружен особой любовью и лаской. Когда мне было шесть лет, тетя Ната (мамина сестра), тогда студентка Томского медицинского института, приехав на каникулы, подарила мне детский педальный автомобиль, на котором я гордо разъезжал по улицам. На машине был установлен клаксон, и я непрерывно в него сигналил, чем приводил в исступление сопровождающих меня взрослых. Из-за отсутствия в городе асфальтированных дорог двигаться приходилось по деревянным тротуарам, которые в первую очередь были предназначены для пешеходов. Нередко моя водительская неопытность становилась причиной неудовольствия прохожих, на которых я время от времени наезжал.
Годом позже у меня возникла мечта получить в подарок игрушечную железную дорогу, которая была выставлена в витрине универмага. Каждый день я приходил к универмагу и заворожено смотрел на свою "мечту", но никакие мольбы не смогли заставить любящих меня родственников сделать мне такой подарок. Вскоре железную дорогу приобрел детский сад, и она стала мне недоступной даже для обозрения.
В только что открывшийся детский сад меня не брали потому, что моя мать не работала и сама могла заниматься нашим воспитанием. До самой школы я продолжал тосковать о детском саде. Мне казалось, что там дети живут совсем иной жизнью: у них было много игрушек, с ними занимались воспитатели, читали им книги, рассказывали об интересных путешествиях в другие страны. Я завидовал им.
Свободное копирование
