Эшелон медленно, то уходя южнее, то, наоборот, как бы возвращаясь, на северо-запад, но продвигался на восток и праздник годовщины "Октябрьской Революции" мы отметили в городе Саратове. Но Волгу эшелон не переехал, его направили на Север и Волгу пересекли в районе г.Сызрани. Перед этим Дончик и я отправились на очередной поиск продуктов, а эшелон в этот раз очень быстро ушёл и проехал безостановочно большую дистанцию.
Была уже середина ноября месяца, резко похолодало, начал падать снежок. Чтобы догнать эшелон, мы смогли лишь попасть на одну из открытых платформ уходящего состава, на которой были погружены трубы разных диаметров и другой металл, даже сесть было невозможно из-за холода. Одеты мы были ,,не по сезону". А состав, на котором мы ехали, как назло, плёлся малой скоростью (или нам так казалось) и кончилось тем, что мы прибыли уже в темноте на станцию ,,Батраки", весьма большой узловой. Мы долго искали свой эшелон, почти потеряли надежду найти. Представляем себе как переживали наше отсутствие наши семьи! Но всё окончилось благополучно, мы нашли и нашлись к радости всех. Нас долго приводили в себя, потому что оказались у меня отмороженными кончики ушей (всю оставшуюся жизнь они у меня, особенно левый, шелушатся), а у Дончика - кончики пальцев на левой руке.
Проехали город Куйбышев (Самара), а за ним станция Кинель. Здесь мы, то есть обе наши семьи из прокуратуры, эшелон оставили. Наша семья потому, что решили ехать в город Чирчик, Ташкентской области, куда должны были эвакуироваться семья маминой самой старшей племянницы Евгении, супруг которой был ни то директором, ни то главным инженером химического завода в городе Горловке, где они и проживали, и нам об эвакуации сообщили. Семья же Дончика тоже имела родственников где-то в одной из областей Узбекистана. В проходящие пассажирские поезда, в основном, под номерами пятисотыми (501, 520 и т. п., которые впоследствии назвали ,,пятьсот весёлыми"), и в эшелоны, шедшие на Юг, попасть оказалось весьма и весьма проблематично. Мы просидели на платформе более трёх суток. Питались в сухомятку продуктами, которые можно было приобрести только в обмен на вещи, денежные знаки продавцы не хотели брать. И всё же нам удалось прорваться в один из вагонов поезда, шедшего в один из городов Узбекистана, Наманган или Фергану.
Через 5-6 дней моя семья покинула поезд на станции ,,Чирчик горный". Это не доезжая один, небольшой, перегон перед станцией ,,Ташкент - пассажирский". Станция ,,Чирчик горный" фактически находилась в Ташкенте, в районе улицы Пушкинской, а называлась она (станция) так потому, что от неё отходила железно-дорожная ветка в город Чирчик, где строился большой химический комбинат и куда должны были эвакуироваться Горловчане. Так мы оказались в Ташкенте и был уже конец ноября 1941-го года. Хочу здесь лишь коротко вспомнить о самых важных событиях моей жизни и общей обстановки в Стране, которые в определенной степени могли и повлияли на остальную жизнь, характер и мировоззрение за период с этого момента и до описанных в главе первой.
Свободное копирование
